Книга Хрупкое завтра, страница 92 – Татьяна Тронина

— Ты права, – горячо согласился он. – Ты спасла меня и моих папу и маму, ты сделала Кольку счастливым, ты изменила даже свою собственную судьбу – это я про Ленку сейчас, она ведь – это ты. И я очень рад, что меня не понесут в наш фамильный склеп…

— Стоп. – Я подняла палец. – Склеп! Мы с тобой совсем забыли… Надо вернуть ключ от него на место, обратно в склеп на Введенском. Да, и еще там, в склепе, лежит то устройство, которое для перемещения во времени…

— Может, пусть оно и дальше там и лежит? Все-таки лучше не хранить такие вещи дома… Или уж заберем? Пожалуй, заберем. Да и ключ действительно надо отнести в склеп, тут ты права, – согласился Артур. – Сходим завтра на кладбище? Конечно, маловероятно, что родители отправятся туда в ближайшее время и станут там что-то проверять, но все же надо исключить и такую возможность.

— Отлично, давай, – согласилась я.

Артур спохватился:

— И передай Бабане, что в выходные мы все собираемся у нас, будет уже… официальное знакомство родных, или как это назвать?

Я обернулась, заметила, что старушки на лавочке дружно повернулись и смотрят на нас с Артуром. Улыбаются.

Я кивнула им издалека, улыбнулась. И Артур кивнул, улыбнулся.

Клара Рафаиловна подняла вверх сжатый кулак, крикнула:

— Молодцы, ребята! Совет да любовь! Враги не пройдут! Но пасаран!

— До завтра, – сказала я.

Артур поцеловал меня, и я убежала домой.

…Человек должен быть как на ладони у всех в это время. Это ужасно, и это меня бесило невероятно, то, что теперь, в 1979 году, любое мое действие подвергалось оценке окружающих, поскольку в моем будущем, из которого я сбежала, в XXI веке, жильцы одного дома уже ничего не знали о своих соседях и знать не хотели, ну разве что в домовых чатах ругались между собой.

С другой стороны, в конце первой четверти двадцать первого века о человеке тоже было известно ВСЁ. Известно не всегда окружению, но банкам, организациям и государству – известно точно. Доходы, расходы каждого, счета, платежи, покупки в магазинах, где ел и где пил гражданин и сколько потратил на еду, кто у него в друзьях, куда ездил…

А если человек собирался устроиться на работу, служба безопасности той конторы, куда он стремился попасть, рассматривала его биографию и его связи буквально под лупой. (Впрочем, нечто подобное существовало и в советском прошлом, когда о человеке собирали сведения: «Не был», «Не служил», «Не состоял» и так далее.)

Иногда данные о человеке в будущем оказывались в руках мошенников – им тоже становились известны все его банковские реквизиты, СНИЛСы и прочие ИНН.

Ну и чем тогда прошлое отличается от будущего? Да ничем. И там и там существовало это вечное «хочу все знать о тебе», только в разной форме.

А уж как в будущем люди в соцсетях себя позиционировали, выкладывая сторисы, рилсы и посты о своей жизни, рисуя свой образ перед публикой, – ни с каким прошлым такая открытость и не сравнится.

В прошлом все друг друга обсуждали? Да. А в соцсетях будущего – перемывали косточки друг другу еще хлеще! И доходы, кстати, тоже обсуждали на каналах и форумах, и кто с кем изменил. Сплетницам прошлого остается только завидовать масштабам «разоблачений» у популярных блогеров будущего.

А уж про культуру отмены, процветавшую во всем мире в будущем, и упоминать нет смысла. Жестокий и несправедливый суд Линча в цифровую эпоху! Люди боялись лишнее слово публично сказать, чтобы их не вычеркнули из общественной жизни навсегда. Репутация могла пошатнуться из-за излишне дорогих часов на руке, мелькнувших на фото в соцсети!