Книга В рамках дозволенного, страница 92 – Валерия Савельева

— Ну что, раздаю? – наконец, деловито поинтересовался он. – Играем в обычного дурака, подкидываем, но не переводим. Сначала, как и договаривались, на желания. Потом можно поменять ставки.

Мы сдвинули диван и кресла к стене, побросали на пол подушки и расположились на ковре, расставив рядом коробки с пиццей и роллами. Такой вариант устроил всех, даже Фая, который так нас и не покинул, а лежал между мной и Тимом и внимательно следил за тасующим карты Димкой.

— Смысл менять, если можно потратить на нужную ставку свое желание? – хмыкнул «сокол». – Как загадываем? Выбираем любого и обращаемся к нему? Или ко всем? Копить на будущее желания можно?

— А что, уже собрался выигрывать? – взвился Тим.

Я лишь головой покачала, предвкушая шикарный вечер, под конец которого эти двое расквасят друг другу носы. Может, потратить первое желание на то, чтобы они перестали ругаться? Если не проиграю, конечно.

— Не проигрывать, это точно, – спокойно усмехнулся Стас, чем лишь раззадорил Тима. – Кому здесь можно проиграть?

Ситуацию вновь спас Дима, потому что я тоже в тот момент была готова вцепиться Стасу в глотку (кому здесь проигрывать? да неужели?). Он шлепнул колоду на пол и поинтересовался:

— На кота тоже раздаем?

Парни, сверлящие друг друга взглядом, от неожиданности вздрогнули и уставились на Фая. Тот, потеряв интерес к лежащим на полу картам, тихо фыркнул и прикрыл глаза, собираясь продрыхнуть половину игры.

— Кажется, не стоит… – задумчиво выдал Вероцкий. – Так что там с правилами?

Правила были предельно просты: победитель загадывает одно желание любому проигравшему. Оставлять на потом можно, но ничего из ряда вон выходящего не загадывать. Кражи, преступления, безумства и секс под запретом. Замечание о сексе Станислав принял с царским кивком, но поморщился, услышав о запрете на безумства, и уточнил, что именно таковым считается. Димка не знал, что ответить; Тим ворчливо заметил: «Тебе не впервой», – а я… предложила решать этот вопрос «комиссией». Желание загадывается, если признается слишком опасным, комиссия выдает вердикт.

Так и решили. А потом началась битва.

Настоящая битва, потому что отступать не хотел никто. Особенно я! Пришлось собраться и задействовать весь свой опыт и мозги: просчитывать ходы, запоминать вышедшие карты, следить за реакцией соседей во время ходов, за тем, что они подкидывают, а что стараются утаить… На самом деле любая игра становится легче с хорошо просчитанной стратегией. Особенно настольная игра.Особенно карточная.

Что и доказал первый тур.

— Лаа-да, я в тебя верил! – поздравил меня Димка, отсалютовав палочками с роллом и едва его не уронив на раскиданные по полу карты. – Теперь можешь издеваться над Тимом сколько душа пожелает.

Много душа издеваться не желала, потому что Тим, с которым мы бились под конец, сейчас задумчиво смотрел на меня, словно пытался понять секрет моего успеха. Мозги, Тимошка, мозги! И сейчас я пожелаю ответов на давно озвученные вопросы.

— Да ему уже поражение как издевательство, – хохотнул «сокол», пригубив принесенного Дериглазовым коньяка.

Пока он из всех нас единственный пил и, как подозреваю, имел на это право. В начале кона, когда коньяк только открывали и мне тоже был предложен пузатый бокал, Дима посоветовал Стасу «не спаивать девочек помладше». Окей, намек понят. Вероцкий из нас самый старший.