Книга В рамках дозволенного, страница 38 – Валерия Савельева

— Во-первых, не стоит кричать, – отчеканила в ответ, – я и так прекрасно тебя слышу. Во-вторых, не собираюсь, как ты выразился, «спокойно спать», пока ты в клубе, в то время как родители ожидают увидеть сына дома…

По салону разнесся смех Тима. Горячий и раздраженный, он неприятно опутывал меня. Вспомнились наш самый первый разговор и смех парня… мягкий, даже теплый. Тогда Тим еще не думал, что новая гувернантка окажется такой стойкой, поэтому веселился от души, а я… даже не подозревала, что иду по дороге в ад. И пусть он начался всего пять дней назад, а казалось – целую вечность.

— Так вас папочка отругал? Ай-ай-ай, какой кошмар, – ехидно протянул Тимофей. – Она испугалась маленького выговора…

— И штрафа! – опередил меня Ник, выйдя из тоскливого забытья. – Кстати, есть «в-третьих»: про гувернантку Джою сказал я.

Тим даже в лице изменился, услышав это. Его испепеляющий взгляд переместился на Никиту, губы искривились в презрительной усмешке. Тим словно только заметил еще одного пассажира – и оказалось, что тот бесит его куда больше ненавистной гувернантки.

— А ты молчи! – рявкнул он на Ника. – Что вообще здесь делаешь?

— Мне помогает, – успела вставить я.

Никита хмыкнул, одобрительно кивая:

— Да, мне нельзя помочь любимой кузине?

Тим не поленился включить свет в автомобиле, чтобы придирчиво рассмотреть нас с Ником. Удостоверившись, что мы действительно по-родственному похожи, он щелкнул выключателем и заявил:

— Это не причина.

Неужели? А что же тогда причина?

— Откуда ты знаешь Джоя? – вдруг спросил Тим. Прозвучало почти обвинительно. Но я поймала себя на мысли, что тоже хочу услышать ответ…

— Он мой старый друг. – Ник пожал плечами, снова отворачиваясь к окну.

Тим хмыкнул, прищурился, помолчал, барабаня пальцами по спинке сиденья, и бросил резко:

— Ладно. Другой вопрос: кем он тебе является сейчас?

— Другой ответ: бывший друг, – отозвался Никита.

Атмосфера накалялась. Хотя голос брата звучал спокойно, я заметила, как он напрягся: обострились скулы, выпрямилась спина, дернулись пальцы. Вместо того чтобы срывать злость на мне, Тим выплескивал ее на Ника. И это было неправильно. Но что я могла поделать? Лишь ждать, когда мы окажемся у дома брата.

— И насколькоблизкий друг?

— Малыш, это не твоего ума дело. – Никита скрестил руки на груди. – Просто друг.

Вновь раздался звериный смех Тима, правда, ставший чуть мягче. И все равно он словно разогревал воздух в салоне, делая его горячим. Раздражение играло на кончиках моих пальцев, особо острое от осознания, что придется терпеть этого поганца еще двадцать шесть дней. Ненавижу, ведь не только меня доводит, но и…

Машина резко затормозила. Я выскочила на улицу следом за братом и поцеловала его в щеку на прощание, извинившись за поведение Тима. Но стоило вновь разместиться на заднем сиденье, надеясь спокойно довезти наглого пацана до дома, как тот подал голос:

— Лада, вам на будущее: если попытаете своего кузена, узнаете много интересных подробностей его личной жизни.

— В смысле? – Я нахмурилась.

— Просто совет. Знаете, я иногда люблю давать советы. – Тим пожал плечами. – Да и, признаюсь, кузен ваш меня дико бесит.

А как жеты бесишь меня, Тимоша. Избалованный засранец, который не ценит других и думает только о себе. Живешь ради удовольствий, поэтому и мечтаешь избавиться от каждой гувернантки, ведь они мешают прожигать жизнь.