Книга В рамках дозволенного, страница 106 – Валерия Савельева

— Вдали от людей? – с сомнением поинтересовалась я.

— Конечно, – кивнул он. – Разве не может?

Я вздохнула. Может. Тим закинул руку мне на плечи и легонько, подбадривающе прижал к себе.

— Подожди часок и снова зови есть, – фыркнул Тим, ероша дыханием мои волосы. – Обязательно явится.

Я согласилась, расслабляясь в объятиях Тимки и утыкаясь лбом ему в плечо. Он прав. Подожду немного, кот проголодается и выйдет.

Но ни через час, ни через два, ни даже через четыре кот не явился. Мысли о подарке вылетели у меня из головы, в груди все сильнее нарастала тревога, грозя взорваться и поглотить все вокруг. Это мой кот. Мой! Любимый, серый, пушистый, родной и самый-самый лучший, хоть и вредный. И он пропал.

Тим сначала пытался меня успокоить, ближе к третьему часу начал взволнованно следить за моими нервными метаниями, а после пятого, почти вечером, предложил помочь обыскать дом.

Мы работали как лучшие ищейки Скотланд-Ярда. Но Фая нигде не было: ни на креслах, ни под диванами… Мы проверили даже в шкафах, перерыли половину вещей, решив после сложить их. Моник нашлась в любимой комнате, но не Фай.

Кот пропал.

— Куда он мог деться? – пробормотала я, без сил падая на пуф в последней обысканной комнате. – В доме больше некуда податься, мы даже НА шкафах проверили! – мой голос сорвался, и последнее слово прозвучало больше как всхлип.

— Лада, не волнуйся: дом большой, кот маленький, спрятался где-нибудь и спит, – предположил Тим, остановившись рядом со мной и осторожно потрепав по всклокоченным от долгих поисков волосам. – Уверен, скоро сам выползет.

Я искренне хотела последовать его совету и не волноваться, попыталась вздохнуть, представить, что ничего плохого не случилось, и пойти читать книгу, но мысли не отпускали.

— Маленький? – проворчала я. – Но Моник мы нашли без проблем, а Фай… – Шестеренки в голове продолжали судорожно крутиться. – Постой, последний раз я видела его с тобой, в передней.

Тим кивнул, подтверждая. Только меня это не успокоило, потому что в памяти всплыла одна деталь.

— Ты разбирался с коробками. Дверь во двор была открыта. И ворота… – осипшим голосом выдавила я.

— Лада, он же домашний, он не мог… – пробормотал Тим, но бледность выдала его.

Мог. И Тим прекрасно это понимал.

* * *

Чего-чего, а пропажи кота Тимка точно не хотел. Ему нужно было успеть закончить с отцовскими документами, да, но Фай… Черт, да не мог он убежать! Слишком домашний, чтобы смыться, даже если дверь открыта. Тим пару дней назад пытался выйти с котом в сад – тот яростно вцепился в него когтями, не желая покидать дом, так что даже за порог Тим не рискнул выйти. И до сих пор на плече красовалась глубокая царапина.

Но как бы парень себя ни убеждал, вероятность, что кот выбрался на улицу, была. И весьма большая. Отец рассортировал почти два шкафа бумаг, и с коробками пришлось разбираться долго. А дверь все это время была приоткрыта. Кот спокойно мог выскользнуть. Погнаться за бабочкой, например? Они еще есть? Тим не замечал.

А еще парню чертовски не нравилось видеть Ладу такой расстроенной (не из-за него самого, да и из-за него тоже, если быть совсем честным). Девушка была готова разрыдаться, и от этого внутри что-то болезненно сжималось. Сердце? Или это последствие пары гребаных энергетиков, несмотря на бессонницу, выпитых ночью?