Книга Мой сумасшедший новогодний Роман, страница 8 – Инна Инфинити

— Не понял. Говори уже быстрее, а. Мне надо идти к гостям.

— Твои родители развелись, верно? — спрашиваю в лоб.

Замечаю в темноте удивление на лице Самохина.

— Да, а откуда ты знаешь? — прищуривается с подозрением.

— Мои родители тоже развелись, и теперь моя мама выходит замуж за твоего папу, а мой папа женится на твоей маме. А еще они чокнутая компашка свингеров. Ты знал об этом?

Рома застывает как статуя. Его наглое симпатичное лицо вытягивается в изумлении. Он открывает рот, порываясь что-то сказать, но тут же захлопывает его. Потом снова открывает. Снова закрывает. Сводит брови на переносице.

— Какого...? — и замолкает.

— А твоя мама мне час назад сказала, что ты нормально отреагировал. Твои родители встречают Новый год у нас дома. И я тоже должна была с ними праздновать, но ушла.

— Блядь! — хватается за голову. — Они это с твоими родителями...?

Рома, наверное, хотел сказать «трахались» или «занимались групповым сексом», но заменил на слово «это».

— Да.

Реакция Ромы — как бальзам на душу. Он не знал. Вернее, не знал, что его родители с моими родителями. Возможно, теперь мы сможем стать с Ромой командой, объединиться, чтобы вставить родителям мозги на место. Кто-то же должен донести до них, что они тронулись умом. Это будем мы с Ромой.

Пока я пребываю в мечтах, Самохин берет себя в руки и перестает удивляться.

— Знаешь, если честно, мне похуй.

Что?

— В смысле, тебе похуй?

— В прямом, — пожимает плечами. — Я не знал, что они с твоими родителями. Хотя мне было известно, что они дружат. Но, знаешь, все равно похуй.

Я аж разеваю рот. Стремительная перемена в поведении Самохина. Минуту назад он сокрушался и хватался за голову, а теперь нацепил на свою физиономию безразличное выражение и стоит со скучающим видом.

— Рома, ты в своем уме!? Мы должны отговорить их! Мы должны вправить им мозги! Да это же полный бред! Это же... Это же... — я не нахожу подходящих слов. — Да они гребанные извращенцы!

Рома с безразличным видом скрещивает руки на груди и приваливается к комоду.

— Мне похуй.

— Ты не знаешь других слов, кроме «мне похуй»!? — взрываюсь криком. Теперь я снова ненавижу Самохина и готова выцарапать ему глаза.

— Слушай, отстань от них. Пусть делают, что хотят. Это их жизнь.

Нет, это совершенно точно чокнутая семейка. Теперь я в этом не сомневаюсь. Родители Самохина загипнотизировали моих родителей. Или что-то подсыпали им в стаканы. Или укусили их. У них все семейство, включая их сыночка, не дружит с головой. Иначе я не могу объяснить безразличие Ромы, еще и эти пафосные словечки, как будто он после сеанса с психологом: «Пусть делают, что хотят», «Это их жизнь» и бла-бла-бла.

— Рома, у тебя с головой все хорошо?

Только что умерла моя последняя надежда. Я так надеялась, что Рома согласится вразумить наших родителей.

— Власова, у меня с головой все в порядке. А вот у тебя не очень. Я тебе этот салат оливье еще припомню. А теперь шуруй вниз и убирайся с моей вечеринки.

Ах вот как он заговорил!

— Ты первый начал! Зачем ты оскорбляешь меня прилюдно?

— Как я тебя оскорбляю?

— Классная попка с английского.

— Вообще-то это комплимент!

Последнее заявление Самохина обезоруживает меня. Комплимент?

— Это не комплимент, а издевательство и унижение, — шиплю и делаю грозный шаг к Самохину.