Книга Крылья ангела, страница 90 – Анна Верная

— Лин, — откашлялась Марта, — Мне очень нравится твой настрой, но с кем будет заниматься Миланья. Кто твои ученики, и кто их родители? Я их хотя бы знаю?

— Точно, не знаете и никогда раньше не встречались. У меня обычные дети из неполных семей. И все занятия индивидуальные по одному ученику просто в разное время. А сами дети, не поверите, умеют разговаривать, едят руками, у них одна голова, две руки и две ноги. Ничем от нас с вами не отличаются.

Марта даже подавилась от моего сарказма. Она думала, что мы взяли таких же богатеньких и избалованных деток, как Милины одноклассники.

— Послушай, Лин, я думаю, извини меня, конечно, что это не самая лучшая идея. Нам по статусу это не подходит. Зачем Миланье такие знакомства и общение? Что она возьмет от них? Станет еще более не управляема?

— Марта, это вы меня искренне извините. Но насколько я знаю, у Мили нет друзей, как вы говорите, среди вашего статуса. И ее даже на дни рождения не зовут. Так что дети из вашего статуса ничего хорошего вашей дочери не принесли.

К тому же я думаю, ваш муж и сын будут не против. У Кирилла можем уже сегодня спросить. Как вы думаете?

Марта вся напряглась. Я так и думала, что решающее мнение в этой семье, слава богу, остается за мужчинами.

— Хорошо, Лин, — сказала, скрепя зубами, женщина, — Ты, молодец, умеешь убеждать. Зачем отвлекать мужчин на такие несерьезные вещи. У них более серьезные игры. Пусть Миля станет твоей ученицей. И я, конечно, буду ждать тех результатов, которые ты мне обещала.

— Даже не сомневайтесь. Они не заставят себя долго ждать. И еще я бы хотела, чтобы Миля иногда оставалась ночевать у меня. Так как вам нет до нее особо дела, я бы с удовольствием забрала бы ее к нам.

Но думаю, опять же ваш муж и сын этого не поймут. А была бы ваша воля, вы бы с удовольствием уже давно бы отправили свою дочь подальше в какой — нибудь пансионат или интернат. Но хорошо, что именно в вашей семье голова на плечах есть у всех ваших мужчин.

Марта дрожащими пальцами взяла стакан воды и жадно отпила из него. Потом снова взяла сигарету и крепко затянулась. При этом повернулась в сторону и смотрела на сына, который продолжал срывать свою злость на корте.

— Кирилл — моя самая большая гордость, — продолжила Марта, выпуская дым, — У меня большие надежды на него. Ради него я многое стерплю. Смотрю на него и понимаю, что только ради того, чтобы мой мальчик появился на свет, стоило и мне родиться.

Наша семья была дворянских каких — то там аристократических корней. Моя мать не уставала постоянно это всем и всюду говорить. Но это не спасло нашу семью от разорения. Я помню, как она закладывала в ломбард фамильные украшения, которые должны были достаться мне по наследству.

Вырученные деньги она тратила на свои наряды, которые одевала всего раз в жизни, чтобы выйти в свет. Потом относила на барахолку, не сама, конечно же. И все по новой. Чтобы блистать на каком — то очередном приеме.

Со временем и прислуги в доме не осталось. Только повар и еще одна горничная. Так как мать была не приспособлена к работе совсем, не могла готовить, убирать. Говорила, что рождена не для этого.

Отца постоянно гнобила за то, что не может разбогатеть и удержать состояние. Считала его неудачником и ничтожеством, о чем ему постоянно говорила.