Книга Мелодия двоих, страница 132 – Амарисса Ли

— Нет.

— Тогда побудем ещё. Обещали конкурс. Кстати, ты хорошо стреляешь в тире?

— Смотря чем.

— Я увидела игрушку. Милую. Кота-сосиску, — хихикнула Полина, и Саша крепче прижал её.

— Кот-сосиска?

— Да-а!

— Попробую достать.

— Сначала послушаем конкурс. Вдруг лёгкий.

— Хорошо.

И почему от неё так тепло? И не только физически.

* * *

— Спасибо за сегодняшний вечер, — сказала Полина, когда Саша помог ей выйти из машины.

Она крепко прижимала к груди игрушку, которую Фихнеев выиграл в тире. Понадобилось полчаса, десятки матерных слов, куча нервов и уставшая рука — но он выиграл этого кота-сосиску. Почти отчаялся, когда осталось три мяча и одна банка, но удача улыбнулась. Полина визжала громче ребёнка.

— Повторим, — ответил он, провожая её к подъезду.

— Не хочешь зайти?

Время близилось к одиннадцати. Саша устал. Хотел просто лечь и не двигаться, но не мог отказать. Её приглашение было сомнительным — зачем заходить в такой час? — но он был слишком уставшим, чтобы анализировать.

— Пошли.

В квартире Полина сразу положила кота на диван и ушла на кухню, заглянула в холодильник. Саша мягко осел на диван, прикрыл глаза.

— Хочешь чего-нибудь?

Он посмотрел на неё одним глазом.

— Попить.

— Вода, чай, вино?

— Чай в самый раз.

— Отлично! Поставлю чайник. Пойду переоденусь. Хочешь посмотреть фильм? — мимоходом спросила Полина, останавливаясь возле него.

Он открыл глаза, уставился на неё. Иванова нервно топталась.

— Полин, зачем я пришёл?

Она мгновенно покраснела. Пожала плечами, опустила взгляд.

— Не знаю. Хотела, чтобы ты остался со мной. Ну… на ночь. Завтра выходной, не надо в теплицы. Но если ты против или у тебя дела — можешь ехать.

Голос был слабым и неуверенным.

Что ты делаешь, Иванова…

Саша улыбнулся и кивнул. Ему понравился такой ответ. Более чем.

— Что смотрим?

Полина просияла.

— Посмотри в подписке! Если не вернусь, выключи чайник.

Саша лениво листал подписку, пока она расхаживала по квартире. Чайник шумел. Ему казалось, он никогда не чувствовал себя так уютно. Иванова хлопала дверями, и ему было интересно, чем она занята.

Вопросы отпали, когда чайник закипел и засвистел. Полина пролетела мимо него — в коротких шортах и маленьком топике — чтобы выключить.

Твою налево.

Его бровь дёрнулась, когда она обернулась, показав плоский живот и соски, просвечивающие сквозь почти прозрачную ткань.

Это пижама?!

— Какой чай?

Коньячный.

— Любой. С ложкой сахара, — хрипло ответил Саша, не отрывая взгляда.

Полина поставила чай у телевизора и вернулась на кухню. Саша смотрел на неё и удивлялся — как чётко она всё спланировала? Невинно позвала в гости, предложила чай, а на самом деле грязно совращала его своей пижамой!

— У меня есть попкорн. Выбрал фильм? — спросила она, обернувшись.

Саша почти подавился, когда она нагнулась над нижним ящиком. Он впился взглядом в её задницу и промежность. Казалось, она без белья.

— Карамель или соль?

Очертания бёдер были великолепны. Он бы идеально держался за них, входя в её влажное лоно. Скользил бы пальцами по спине, надавливал на поясницу, заставлял прогибаться. Склонился бы, чтобы поцеловать позвонки. Намотал бы волосы на кулак, запрокинул бы голову до хруста…

— Саша?

Фихнеев моргнул. Полина уже не выставляла задницу, а стояла с вопросительным взглядом.