Книга Анатомия обмана, страница 93 – Татьяна Ларина

— Понимаю, что вы волнуетесь за счастье сына, – я убрала свою руку из-под его ладони. – Понимаю, что не доверяете мне после того, как я его однажды оставила. Понимаю, вы хотите, чтобы его жизнь шла по накатанной – ровно, стабильно, без каких-либо потрясений и скандалов… Но что, если у него совсем иная судьба? Если он не хочет жениться на Наташе? Да, мы не знаем, что нас ждет, но совершенно точно, ни он, ни я не можем делать вид, что ничего не было. Я люблю вашего сына, Михаил Сергеевич. И даже если вы, ваша жена, моя мама – все будут против наших отношений, я не отступлюсь. Мне жаль Наташу, но разве не хуже, если она выйдет за Игоря, а он не сможет выбросить меня из головы? Не мешайте нашему счастью, прошу вас! Не заставляйте нас сражаться еще и с вами.

— Что ж… во всяком случае я попытался.

Михаил Сергеевич отвернулся, будто я вмиг стала ему неприятна. Так рухнули надежды на то, чтобы найти союзника в лице отца моего любимого, но, возможно, ему просто требовалось время, чтобы вновь меня принять. Он поднялся и, даже не встречаясь со мной взглядом, кивнул на прощание.

— Не провожай.

Когда он ушел, я не удержалась и позвонила Игорю. Как маленькой девочке, которую обидели, мне хотелось получить утешение, и никто больше не мог его дать. Он ответил чуть погодя, по гулкому эхо я поняла, что Игорь куда-то вышел.

— Лина, все в порядке?! – его взволнованный голос был для меня как бальзам на душу. Я эгоистично желала, чтобы он тревожился обо мне.

— Ты рассказал о нас папе, – я не хотела, чтобы это звучало как претензия, но не вышло. – Михаил Сергеевич только что приходил в пекарню и пытался меня убедить, что у нас с тобой нет будущего.

Филатов шумно выдохнул, но ничего не ответил. Не знаю, подбирал ли он правильные слова или просто не знал, что сказать, но когда тишина в трубке стала невыносимой, я не выдержала:

— Игорь, что происходит? Ты согласен с отцом? Ты передумал… насчет нас?

— Лина, я приеду и поговорим. Сейчас не могу сорваться, у меня встреча, но потом буду у тебя.

— Хорошо, – сухо произнесла я, предчувствуя нехорошее.

— До скорого… и не надумывай, я люблю тебя, – словно прочитав мои мысли, сказал он, и разговор разъединился.

Я была сама не своя. Даже его «я люблю тебя» ничего не изменило. Что-то случилось, и теперь наши отношения вновь висели на волоске. Я убирала, готовила, украшала витрины, но мыслями была далеко от пекарни. Все, кроме Игоря, отошло на второй план, включая Елену Богомолову. Сколько времени может занимать его встреча? Где она – на работе или в городе? Как долго Игорю до меня ехать? Я корила себя за то, что не спросила, как скоро он приедет, ведь неизвестность терзала не меньше, чем нехорошие подозрения.

Прошел час, за ним еще один, и вот наконец появился он в заснеженном длинном пальто, которое я еще не видела, в шапке и перчатках. Игорь замер на пороге и не решался войти, будто был незванным гостем. Разве так ведут себя, когда приходят на свидание с любимой женщиной?

— Мы должны поговорить, так? – спокойно, сдерживая эмоции, начала я.

— Да, ты права… – Филатов наконец прошел в зал и стал раздеваться. Пока он стягивал зимние замшевые перчатки, отряхивал и вешал чертово «пушкинское» пальто, клал сушиться на батарею шапку, мне показалось, что прошла вечность. – Я без машины. Мы немного выпили с поставщиками, поэтому пришел пешком.