Книга Анатомия обмана, страница 277 – Татьяна Ларина

— Получается, послезавтра Ирина Павловна поведет Камиллу в клинику, – задумчиво произнес Илья, потирая двумя пальцами свой щетинистый подбородок. – Мы можем приехать туда утром. Дождаться их обеих. И, когда Ками пойдет на процедуры, устроить бабуле небольшой допрос.

— Эй, нельзя перегибать палку! Нам нужно разговорить Полякову, а не напугать.

— Будем действовать по ситуации. Главное – выяснить, почему она уехала из Романовца. Не сомневаюсь, что за этим стоит родной отец Ками, а у нас есть все основания полагать, что этот человек повинен в смерти и Марины, и твоего папы.

— И все же, наверняка мы этого не знаем, – возразила я, хотя сходилась с Ильей во мнениях. – Пожалуйста, помни, что нам необходимо сохранять спокойствие. И еще… мы встретим Камиллу и не должны ее напугать! Девочка и так пережила немало за этот год.

— Ты права. Будешь моим успокоительным. – Илья положил ладонь мне на колено и повел ей вверх до бедра, где и оставил. – Если стану чересчур напирать, дашь мне какой-нибудь знак.

— Идет!

— К какому времени нам приехать в клинику? Процедуры обычно с утра?

— Скорее всего да, и нам там надо быть не позже половины девятого.

— Тогда надо будет выезжать пораньше, чтобы добраться вовремя. Ты же поедешь со мной? – спросил он, словно я могла отказаться от затеи лично побеседовать с матерью Марины.

— Конечно, – сходу ответила я и, выдержав паузу, сказала: – Я тут подумала… а нам обязательно ехать в Романовец? В смысле, у тебя есть какие-то важные дела, которые требуют твоего личного присутствия? Может быть, останемся до пятницы в Москве? В конце концов, уже среда…

Не хотелось в этом признаваться, но я побаивалась возвращаться в некогда родной город. Здесь, вдали ото всех, кого мы знаем, наши только начинавшиеся отношения были в безопасности. Не то чтобы я боялась, что нас могут разлучить, но, зная, как быстро в нашем Романовце ползут сплетни, лишнего внимания не избежать. Избитая до боли тривиальная фраза, что счастье любит тишину, как никогда казалась правдива.

— Лиске нужно в школу. Она и так пропустила два дня, – как ответственный отец заявил Илья и, хотя его тон был почти что суровым, что-то мне подсказывало, что я смогу его переубедить.

— Ты думаешь, так страшно, если она пропустит пару дней? Там и уроков-то больше нет, а в пятницу вообще последний звонок, куда, кстати, твоя дочь совсем не хочет идти!

— Не хочет? Почему?

— А ты как думаешь? Ее переживания слишком свежи. Сейчас она выглядит круто, но уверенности в себе пока нет. Если Алиску снова начнут задирать, это может кончиться плачевно.

— Наверное, ты права, – недолго поразмыслив, сказал Илья. – Лучше, если Алиса пропустит окончание года. За лето ссора с ребятами наверняка забудется, а в сентябре они смогут начать общаться с начала, будто ничего и не было.

— Спасибо тебе! – радостно воскликнула я.

— Спасибо? За что?

— Что прислушался. Алиса твоя дочь и такие решения принимать только тебе, но я…

— Переживаешь за нее, – докончил за меня Илья. – Знаю. И мне важно твое мнение. Лин… – он перевел дыхание, – я очень хочу, чтобы у нас все получилось: у тебя, меня и Алиски.

Как странно может повернуться наша жизнь: два совершенно разных человека, чьи судьбы не должны были пересечься, сумели найти друг друга в этом безумном мире. Нас свело несчастье, у каждого свое, но имевшее общую причину. Боль обнажила наши чувства и позволила нам увидеть друг друга настоящими. Один стал опорой другому, другой первому – поддержкой. Мы не представляли, что ждет нас завтра, но знали, что это завтра мы встретим вместе.