Книга Анатомия обмана, страница 268 – Татьяна Ларина

Довольные и с приятной усталостью мы вернулись домой. Анастасии Дмитриевны не было, поэтому мы прямиком пошли в нашу спальню. Я разобрала диван, и мы с Алиской забрались под одеяло.

— Давай позвоним папе, только пока не будем ему рассказывать про наши дела, – сказала я, беря в руки сотовый.

Илья ответил только с пятого гудка, и я успела начать волноваться, однако, стоило услышать его голос, как все тревоги мигом забылись.

— Привет, как вы? – первым делом спросил он.

— Хорошо. Собираемся ложиться и звоним, чтобы пожелать тебе доброй ночи, – ответила я, переключая вызов на громкую связь.

— Папочка, спокойной ночи! – радостно воскликнула Алиса.

— Лиска, как вы там?

— Хорошо. Нам весело.

— Весело? – переспросил Илья, и я затаила дыхание в ожидании, что он станет расспрашивать, чем именно мы занимались, и Алиска меня сдаст. – Я рад, что вам весело. Во сколько завтра вернетесь?

— Папочка, а можно мы еще тут побудем? – стала канючить Алиса.

— Лис, у тебя школа, каникулы только со следующей недели, – строго ответил Илья.

— Мы завтра утром забираем очки, потом прокатимся по двум оставшимся больницам и в Романовец. Думаю, вечером приедем, – ответила я.

— Хорошо… Я завтра в принципе свободен. Может быть, прокачусь до Москвы на поезде и обратно подменю тебя за рулем, что скажешь?

Я заулыбалась как дурочка. Всего день мы не виделись, а я успела по нему соскучиться. И плевать, что он не вписан в мою страховку и вести машину все равно придется мне. От мысли, что мы можем встретиться раньше, чем завтра поздно вечером, стало так радостно, что захотелось вскочить на ноги и заплясать.

— Мы с Алиской будем очень рады, – я постаралась ответить сдержанно, но кажется, не вышло. На том конце линии послышался самодовольный смешок. – Чего ты ухмыляешься?

— Я тоже буду рад заехать за дочерью, – Илья выдержал долгую паузу. – И за тобой.

* * *

На следующее утро мы с Алисой встали пораньше, чтобы позавтракать, успеть к открытию оптики за очками и отправиться в следующую больницу. В моем телефоне имелась фотография Марины с Камиллой, и я решила аккуратно поспрашивать людей, вдруг они видели девочку. Тепло распрощавшись с Анастасией Дмитриевной, мы двинулись в путь.

— Алиса! Ты бесподобна! – с неподдельным восторгом воскликнул Вадим, когда малышка надела свои новые очки в стильной оправе.

— Беги скорее к зеркалу! – я слегка подтолкнула малышку, которая все никак не решалась посмотреть на себя.

Алиса протопала в конец зала, по пути глядя себе под ноги, и только оказавшись у большого зеркала, подняла голову. В помещении возникла странная тишина. Казалось, мы с Вадимом перестали дышать в ожидании Лискиного вердикта, а потом вдруг малышка всхлипнула. У меня сердце ушло в пятки – неужели ей не понравилось?! Что теперь делать?! Что?! Я бросилась к Алисе и, опустившись на корточки рядом с ней, взяв ее за руки, развернула к себе.

— Милая, что такое? Тебе не нравится?

— Нравится, – сквозь слезы, проговорила она.

— Тогда почему ты плачешь? Если говоришь так, чтобы меня не расстраивать – не надо. Я могу услышать правду…

— Мне нравится. Честно. Очень, – сказала она и вдруг крепко меня обняла. Теперь я почувствовала, что она не лукавит.

— Почему ты плачешь, Лисенок? Что такое?

— Потому что… потому что… я рада!