Книга Анатомия обмана, страница 217 – Татьяна Ларина

— Илья, что произошло? Как так вышло, что маму выселяют?

— Что тебе сказать… Это месть.

— Месть?! Но кто может мстить маме и за что?!

— Не ей. Отомстить решили тебе. Это проделки Инны Михайловны. Видимо, ей донесли о твоем приходе на завод. Она заставила владельца помещения расторгнуть договор аренды с твоей матерью. Он даже не скрывал, что действовал по указке Филатовой.

— Но… разве он может юридически?!

— К сожалению, да. Твоя бабушка именно поэтому меня и позвала. Елизавета Павловна хотела, чтобы я прочитал договор и придумал, как сохранить помещение. К сожалению, ничего сделать нельзя.

— Боже мой! И тут я накосячила! – со злости я пнула ногой урну, она зашаталась, но, к счастью, выстояла. – Зачем я только поехала на этот чертов завод?! Почему не послушала тебя?!

— Эй! Не надо, слышишь?! – Илья бросил почти невыкуренную сигарету в урну и, взяв меня за руку, притянул к себе. Я уткнулась лицом в его грудь, крепко зажмурившись, чтобы не заплакать.

— Мы с тобой что-нибудь придумаем. Как-нибудь выпутаемся из всего этого!

— Но как? После папиной смерти только благодаря пекарне она воспряла духом. Если мама окажется на улице со всем оборудованием, это ее доконает.

— Не окажется. У нас есть время.

— Знаешь… кажется, я хочу совершить еще одну глупость, – нерешительно произнесла я и, чуть отстранившись от Ильи, но боясь поднять на него взгляд, стала рассматривать собачку на молнии его куртки.

— Глупость? Какую? – он громко сглотнул. Неужели испугался?

— Не бойся. Сначала спрошу у тебя, и если ты не разрешишь, то я не стану ничего делать.

— Хочешь, чтобы я сыграл роль твоей совести? – усмехнулся Романов.

— Скорее разума…

— Ладно, говори, что задумала.

— Хочу поехать к этой стерве и высказать в лицо все, что я о ней думаю, – процедила я.

— Знаешь, не гожусь я на роль разума. Затея твоя так себе, но я не стану говорить, чтобы ты этого не делала. – Он вынул из кармана ключ от машины и снял ее с сигнализации. – Едем вместе.

В нашем маленьком Романовце разве что новорожденный мог не знать, где живет семейство Филатовых. Первый в городе «богатый» дом, построенный еще в девяностые Михаилом Сергеевичем с привлечением московских строителей, стоял на тогдашней окраине. Когда мы с Игорем встречались, это была летняя дача его семьи, а жили Филатовы в квартире. Позже пошла мода на закрытые особняки с садом, бассейном и гаражом, и Инна Михайловна приняла решение переехать из просторной трешки в дом, который к тому времени приспособили для зимнего проживания.

Раньше дом Филатовых ограждал большой железный забор, сейчас же здесь возвышалась настоящая крепостная стена с установленными через каждые несколько метров камерами. Это место скорее напоминало укрепленный замок, чем жилой дом.

У ворот нас встретил охранник. Филатовы явно пеклись о своей безопасности, поэтому заключили договор с каким-то ЧОПом.

— Вы к кому? – грозно вопросил мужчина в темно-серой форме.

— Мне нужна Инна Михайловна, – уверенно заявила я. – Она дома?

— По какому вопросу?

— Маркова Эвелина Анатольевна. Сообщите ей мое имя, она поймет, о чем пойдет речь.

Охранник недоверчиво покосился на меня, потом перевел взгляд на сидящего за рулем Илью и удалился в свою будку, чтобы позвонить хозяйке. Его не было пару минут, а мне это время показалось вечностью. Я сгорала от желания высказать мегере все, что о ней думаю, но в то же время боялась, что ее или не окажется дома, или она выставит нас вон, не пустив даже на порог. Как быть тогда? Мой гнев был как лава, которая стремилась излиться наружу из извергающегося вулкана.