Книга Ни толку, ни проку, не в лад, невпопад..., страница 97 – Тамара Шатохина

Она внимательно, хотя и напряженно слушала. Джейн уже лишилась бы чувств от излишних переживаний, а эта – молчит. Это и нравилось, и бесило со страшной силой. Рядом с ней он становился неуравновешен, не узнавая себя. Значит, был прав, сдерживая свое неравнодушие к ней. Зависимость от близости с желанной женщиной может быть страшной. Тот же Генрих, желая заполучить в свою постель несговорчивую Анну Болейн, творил глупости несусветные. Хотя Ризли и не имел права его судить, но на прискорбном примере учился.

Хотелось задеть Джейн за живое, заставить ее заговорить наконец и он не отказал себе в этом:

— Все, как вы и хотели - чем выдержаннее семя, тем больше надежд на зачатие. И мы будем привыкать друг к другу – мне понравились ваши прикосновения вчерашним вечером. А еще я велел приготовить для себя дорожные штаны. Как вы считаете – аппа-стокс, ненадолго надетые в Портсмуте, не помешают нашим с вами надеждам?

— Да чтоб вам…! - сквозь стиснутые зубы прошипела жена.

— Последний раз… это последний раз, когда я позволяю высказаться Олге, - заявил Ризли, - далее я желаю видеть возле себя только Джейн, другую, но Джейн. Я же постараюсь более не применять такого тона… если, конечно, вы не вынудите меня. Больше того - далее я буду стараться вызвать в вас к себе нежные чувства, Джейн. А сейчас пройдемте на задний двор…

На заднем дворе собрались все слуги. Адер Бигли стоял у колоды, на которой лежал короткий меч, рядом на горячем костре калилось железо. В стороне на коленях стояли бывший управляющий и его жена. Ее заплаканное лицо было красного и даже скорее свекольного цвета. Управляющий дернулся было ползти на коленях, но Ризли пресек это дело взглядом. Стояла тишина. Казалось, люди боялись даже дышать.

— Что вы задумали, милорд, зачем? – тихо шептала из-за его спины жена.

— Не смейте перечить мне на людях, я предупреждал уже, а вы должны были услышать, - так же тихо ответил он, а затем обратился к дворне:

— Мы собрались здесь по поводу хищения моих личных средств управляющим Бенсоном. Сразу скажу, что масштабы не предполагают причисления преступления к разряду «фелони». Стало быть, о смертной казни здесь речи не идет. Дальше: как современный юрист, я против рабских средств дознания, то есть пыток. Но, как крайний, вынужденный способ получить признание, их допускаю. Ты должен сознаться сам и, исходя из правдивости... или же отсутствия ее в твоих речах, мною будут сделаны выводы и назначено справедливое наказание. В любом случае слова твои будут проверены, но время, которое сохранишь для меня, сознавшись быстро и честно, повлияет на размер наказания в лучшую его сторону.

— Ваша милость, достопочтенный…

— Кратко, Бенсон! – велел Ризли, значимо взглянув на палача. И невозмутимо выслушал перечень хищений, в упор разглядывая бывшего управляющего. Голос того срывался, по щекам текли слезы, но он послушно перечислял, загибая по очереди пальцы…

— Это все, достопочтенный сэр, - склонил он голову.

— Как твой сюзерен, я назначаю наказание в виде отрубания двух пальцев – большого и указательного на обеих…

Жена преступника тихо завыла, а из-за спины раздался напряженный голос Джейн:

— Милорд… Томас…

— Милостью леди Ризли, моей жены… будут отрублены пальцы одной руки – мизинец и безымянный! - торжественно провозгласил барон.