Книга Непокорная невеста темного дракона, страница 43 – Ника Астра

Надеюсь.

Но сначала надо выбраться из тайного хода.

Мужчин уже не слышно. Очевидно, они ушли.

— Милок, – деловито говорю я. – Срочно съешь сардельки.

Не таскаться же с ними потом по всей академии. Вдруг кто-то заметит, доложит повару. Нам сейчас совершенно ни к чему лишние проблемы.

— Зачем? – удивляется Милок.

Но по голосу он явно не против моего предложения.

— Потому что это улики, – поясняю я.

— Улитки? – переспрашивает Милок. – Какие улитки? Где?

Его фраза заставляет меня вздохнуть.

— Пожалуйста, – говорю, возобновляя изучение двери и кирпичной кладки возле нее. – Не спрашивай ничего. Просто съешь. Чтобы, когда мы выберемся, никто не видел нас с ними в руках. Да и тебе хорошо бы перекусить, чтобы в нужный момент были силы для поддержания личины и иллюзий.

И хотя голосов снаружи уже не слышно, и ничто не мешает покинуть тайный ход и выбраться на свободу, у нас не получается это сделать.

Всячески ощупываю гладкую дверь. Изучаю буквально каждую дощечку на предмет секретного механизма. Нажимаю на все кирпичи рядом с ней.

Милок, которому я объяснила, что ищу возможный механизм, чтобы открыть дверь, подключается к поискам.

Довольно долго мы не оставляем попыток. Но всё безуспешно и безрезультатно. Выбить плечом тоже не выходит.

В досаде бью ладонью по дверному косяку.

Если бы я умела управлять даром, мы бы уже давно выбрались.

Милок хочет пить после соленого.

— Идём дальше! – принимаю решение. – Хватит терять время. Эта дверь, которая нам не поддается, находится не в торце хода, а сбоку. Я уверена, что она здесь не одна.

Милок уже настолько вымотан, что не сопротивляется и не возражает.

Я без страха и уже без отвращения веду ладонью вдоль стены, стараясь идти быстрее. Свободной рукой веду Милока. У меня есть цель. В темноте мы лишены возможности вести счёт времени.

Новое деревянное полотно ощущается под пальцами тогда, когда надежда на чудо почти потеряна, а мы оба уже окончательно вымотались.

Без особого энтузиазма провожу рукой по новой двери, не особо рассчитывая на то, что на ней будет хоть какая-то зацепка. История повторяется. Нажатие на кирпичи тоже ничего не даёт.

— Неужели нигде нет этого дурацкого механизма! – злюсь я.

— Пить… хочу, – шепчет Милок.

Он обессиленно опускается, приваливаясь к противоположной стене.

И мы неожиданно слышим долгожданный скрип несмазанных петель.

Лунный свет, упавший на лицо, после непроглядного коридора кажется ярче, чем солнечный. А свежий воздух незамкнутого помещения, который невольно вдыхаю полной грудью, заставляет закашляться. Делаю пару шагов вперёд, выходя в комнату освещённую лишь светом луны.

— Где мы? – Милок подаётся вперёд следом за мной.

Но выйти не успевает. Механизм, который он до этого, видимо, держал спиной, возвращается в предыдущее положение.

Как и "дверь", с этой стороны замаскированная под старый портрет.

Стараясь не поддаваться эмоциям, приникаю почти вплотную к портрету, закрывающему тайный ход, и говорю, надеясь, что здесь тоже нормальная слышимость, как и около предыдущего выхода:

— Милок!

В ответ ничего нет. Видимо, тайный ход как-то хитро звукоизолирован. Здесь, снаружи, не понять, что в стене вообще есть полость.

Тут портрет приходит в движение и со скрипом отъезжает вверх. С трудом разбираю очертания мальчишки около того места, где был нечаянно обнаружен механизм.