Книга Зимнее благословение, страница 2 – Юлёна Тимонина

— Папуль, привет, я к тебе с просьбой.

— Что случилось? – в голосе ни тени тревоги, как обычно, за это его очень люблю.

— Ты получил приглашение на свадьбу принца Идрита.

— Да. – папа немного подумал, сопоставил факты и эмоционально выдал: - Идрит твою налево! Это он?

— Да. – еле сдержал смешок, я-то всё думала, что мне имя любимого напоминает.

— Что собираешься делать?

— Ничего серьёзного. Обман не прощу, поэтому чувства к этому мужчине выстужу уже сегодня. Ты знаешь, это не проблема. А на свадьбе просто благословлю.

— Уверена? – удивлённо присвистнул папа.

— Он много раз говорил, что любит зиму за возможность быть со мной.

— Зиму? Не тебя? Тогда ты в своём праве. – и без перехода спросил: - Как детишки?

— Представляешь, сегодня еле уговорила не делать снежных ангелов, были бы потом, как моя Муся. – минут пять смеялись с папой над проказами ребят. В конце разговора попросила: - Соглядатая своего попроси, чтобы завтра ко мне зашёл. С ним поеду, приглашение же на двоих?

— Давно вычислила?

— Пять лет назад.

— Ну, дочка! – восхитился отец. – Завтра он придёт, заодно приглашение принесёт.

— Спасибо, пап. Люблю тебя.

— И я тебя, если что – звони.

После разговора на душе стало теплее. Папа и кофе, что ещё надо в такой ситуации? Мама бы не поняла, она ещё более хладнокровная. Сказала бы: «Ну женится и гора с плеч, туда ему и дорога.» Всё не переживаний и попыток поддержать. Такая оригинальная у нас семейка.

Вечером, когда с вымораживанием чувств было закончено, я согревалась пледом и горячим кофе, уже без злобы, с улыбкой вспоминая, что именно в этот момент всегда приходил Идрит. В дверь позвонили. Вышла на веранду и удивлённо выглянула в окно на улицу. За калиткой стоял мужчина. Идрит твою налево! Сердце ёкнуло.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Ну, давай знакомиться, Лина. – сказал папин соглядатай, заходя в дом. – Ваня я.

— Вот так просто? Ваня?

— Нет, официально – Франсуа Ванчело. – брюнет приосанился, стал как будто выше и надменнее.

— Ну, Ваня, так Ваня. – решила я.

Парень усмехнулся и прошёл на кухню. По-свойски так прошёл, и откуда только расположение комнат знает. Муся потерлась о его ноги, получила свою порцию ласки и побежала к двери. С этой стороны дома есть специальное окошко для того, чтобы кошке было легко зайти и выйти. Ваня поставил на огонь чайник, выложил из пакета мои любимые, лимонные пирожные, сыр, масло и чёрный хлеб. Глядя на набор, почему-то вспомнился Идрит, который всегда приносил приторно-сладкий сливочный торт. Сам же его впоследствии съедал и говорил, какой он молодец, что купил такой вкусный торт. Вот сейчас, когда чувств не осталось, понимаю, что это мало походило на заботу. Только если о самом себе.

— Ну давай вместе страдать и строить планы мести. – перебил мысли Ваня, наливая себе чай.

Он уже посмотрел, что в моей кружке есть кофе, протянул пирожное и уселся напротив. Надо же, впервые за пять лет могу его так близко рассмотреть. И что могу сказать. А ничего, какой-то обыкновенный. Увидишь на улице, через пять минут уже не сможешь внешность описать. Лет двадцать пять. Глаза карие, кожа смуглая, нос был сломан, есть небольшая горбинка. Шрам на подбородке выделяется более светлым оттенком. Парень дождался когда я отвлекусь от внешности и спросил: