Книга Профессор из столицы, или Как (не) влюбиться в коллегу, страница 52 – Софья Мирич

​— Газеты! Вечерний выпуск газет! — бесцеремонно прервал их разговор звонкий голосок мальчишки-разносчика.

​Он возник словно ниоткуда, резво лавируя между редкими прохожими. Подскочив к подругам, паренёк обходительно, по-академически поклонился, едва не выронив из-под мышки толстую стопку листов.

​— Свежие новости! Милые дамы, держите последний выпуск и будьте осторожнее на улицах! — он буквально всучил каждой по пахнущему типографской краской листу и тут же унёсся дальше, выкрикивая заголовки.

​— «На улицах... средь бела дня... похищают людей... будьте бдительны...» — быстро пробежалась Каталина глазами по жирному шрифту передовицы.

​Улыбка окончательно сошла с её лица. Лина медленно подняла глаза на притихшую подругу и поплотнее перехватила пальцами бумагу. Недавний семейный разговор и идиллия на набережной мгновенно подернулись ледяной коркой.

— Слушай, набережная стремительно пустеет. Я думаю, нам стоит поскорее вернуться в академию, — Лина поежилась, плотнее кутаясь в меховую накидку.

Подруги оглянулись по сторонам и только сейчас по-настоящему заметили перемены: стоило солнцу окончательно скрыться за горизонтом, как двери прибрежных домиков поспешно захлопывались, а прохожие почти бежали, стремясь поскорее оказаться в тепле. В одно мгновение уютная улочка превратилась в безликое, чужое и пугающе тихое место.

​Не сговариваясь, они поспешно поймали проезжавший мимо экипаж. Стоило дверце самоходной кареты захлопнуться, отрезая их от потемневшего города, как Лика с облегчением выдохнула. Но тревожные строчки из газеты всё ещё стояли перед глазами, а внутри крепла уверенность: безопасных мест в этом городе, кажется, больше не осталось. Даже за высокими стенами академии.

Уже сидя в карете, Лика повернулась к подруге, вспомнив её внезапную перемену в лице, когда речь зашла об архивах.

​— Каталина, — негромко позвала она, перекрывая негромкий стук колёс. — А ты? Ты ведь тоже проводишь кучу времени на полигоне и в лабораториях. Скажи честно, ты искала что-нибудь? Ну, про то, что происходит в городе, или, может, про поставки ингредиентов?

​Каталина как-то неопределённо качнула головой и отвела взгляд к окну, за которым мелькали редкие уличные фонари.

​— Не то чтобы искала специально, Лик... — неохотно начала она, и в её голосе послышались несвойственные ей осторожные нотки. — Но кое-что странное на кафедре зельеварения я всё же заметила. В последнее время из хранилищ начали пропадать определённые компоненты. Не массово, по чуть-чуть, будто кто-то очень аккуратно заметает следы. В основном это стабилизаторы для удержания агрессивных магических сред и редкие вытяжки, которые обычно используют для... ну, для подавления чужой воли или сокрытия следов сильных заклинаний. Я не придавала этому значения, думала, профессора берут для личных исследований, но сейчас, после твоих слов про руду и этих газет...

​Каталина не договорила, но Лике и не нужно было объяснение. Внутри всё похолодело. Если редкая защитная руда её семьи как-то связана с тем, что сейчас кто-то тайно варит на кафедре зельеварения, то ниточки ведут гораздо глубже, чем она думала.

В общей преподавательской было на удивление пусто. Обычно, несмотря на позднее время, тут собирается достаточно большое количество профессоров для обсуждения последних новостей или очередных выходок адептов. А в такое прохладное время года преподаватели любят приносить сюда горячий чай, наполняя комнату уютным ароматом бергамота и корицы, и засиживаться допоздна. Но сегодня вместо привычного тепла, весёлого гула и звона фарфоровых чашек в помещении царила звенящая тишина.