Книга Исповедь куртизанки, или Как я полюбила, страница 114 – Елена Эллиот

Отняв ладонь от лица, я посмотрела на Тома и выдохнула:

— Это ты меня извини. Я подумала, что раз теперь я невеста богатого джентльмена со знатной фамилией, то и относиться ко мне должны соответственно. Я захотела больше уважения…

— Ты достойна уважения! – перебил меня Том. – Не извиняйся, тут нет твоей вины. Просто так сложились обстоятельства. Мы живём двойной жизнью, а потому вынуждены искать компромисс. Запомни, Лорен, отныне главными для тебя являются не законы Великобритании, а законы нашего вампирского мира. В первую очередь ты должна считаться с ними. Если нужно будет преступить законы Англии или любой другой страны, преступай – вампиры всегда поддержат. Но если ты преступишь вампирские законы, люди тебя не спасут.

— Как всё сложно, – вздохнула я.

— Ты скоро привыкнешь, – улыбнулся он. – А пока предлагаю заняться примеркой. Нам ещё ехать к твоей семье через весь город! Сегодня мы обычные люди и передвигаемся как обычные люди, – сообщил он, подходя к красному платью, что лежало на бархатистом кресле, практически сливаясь с ним тоном.

— Потому и «Соблазны Пикадилли» ты покидаешь тоже как человек? – уточнила я и принялась расшнуровывать себя сама.

— На кухне борделя также работают люди, и они должны видеть, что я прихожу и ухожу как обычный человек. Если нанять на кухню вампиров, маскировка будет не так необходима, но тогда от нашей кухни будут шарахаться все посетители!

Том рассмеялся, а я в недоумении нахмурилась.

— Почему?

— Потому что вампиры не способны ощутить вкус той еды, которой питаются люди, – пояснил он. – И могут приготовить что-то крайне невкусное.

— Но как же вино? – вспомнила я. – Оно не изменило вкус, перестало лишь пьянить.

— Всё верно, – кивнул Том. – Мы можем чувствовать вкус алкоголя: спирт позволяет нам распробовать дополнительный вкус. Без спирта другая еда кажется нам безвкусной. Ещё мы ощущаем вкус мяса животных, но оно не имеет той сладости, как у человеческого мяса.

— Вампиры не только пьют кровь, но и едят плоть? – уточнила я, поскольку в ту злополучную ночь, навсегда изменившую мою жизнь, я застала куртизанок именно за поеданием Джона.

— Едят, – подтвердил Том. – Мясо людей вкусное, даже жареное или варёное, но сырое вкуснее всего!

— Это отвратительно! – воскликнула я, и грязное платье рухнуло с меня на пол.

Том слегка улыбнулся и, протянув мне то красное платье, сказал:

— Нам достаточно и крови. Никто не заставляет тебя есть плоть, если не хочешь.

— А ты ешь? – настороженно поинтересовалась я, подходя к нему.

— Бывает, – пожал он плечами. – Это вкусно и хорошо насыщает.

— Ясно, – буркнула я, примеряя наряд.

Том помог мне одеться: аккуратно расправил складки юбки, поправил манжеты рукавов и осторожно затянул шнуровку на спине платья. Подойдя к зеркалу, я осталась довольна своим внешним видом, но предстояло примерить ещё шесть нарядов, поэтому я поспешно сбросила это платье и тут же взяла следующее.

В течение полутора часов мы занимались лишь примеркой и более к теме вампирского меню не возвращались. Я должна была выбрать несколько нарядов, а остальные Том отправил бы обратно. Но, стоя перед зеркалом в последнем платье, я вдруг осознала, что каждое из них пленило моё сердце. Заметив мой восторг, он тепло улыбнулся и одобрительно кивнул, и за щедрость я одарила его поцелуем.