Книга Академия для наследников, страница 145 – Анастасия Ольховикова

— На ваших землях вы вольны поступать так, как считаете нужным, – не удержалась от подколки я. Пусть не думает, что я быстро сдамся и позволю навязать общество, которое мой покойный отец собирался избегать до конца жизни. – Если эта встреча принесет удачу и процветание темным землям, я готова стать ее частью.

— Вы удивительно проницательны, Армина, – и опять эта знакомая до боли улыбка, которую мужчина пытался скрывать, – мы и правда хотели бы навести дружеские мосты со светлыми снова. Наша давняя вражда давно должна быть забыта. Тем более что для нее есть такой потрясающий повод, как ваше с Гейлом знакомство.

То, что он назвал сына неофициальным именем, лично меня заставило немного расслабиться. И зерно истины в его словах присутствовало. Но как же сложно было вести себя сдержанно под взглядом проницательных и почти черных глаз… Далион, кстати, оттенок унаследовал от отца. В этом было их главное с Гейлом отличие.

— Не буду говорить за светлые земли, – не стала обнадеживать темного демона я, – но королевство Биор с радостью окажет вам содействие в желании стать ближе к магам, – нисколько не кривя душой, добавила я под конец.

Мои слова сильно порадовали демона, и на этот раз улыбка его вышла открытой и заразительной:

— Гейл, я знал, что другую девушку ты себе и не выберешь! Что ж, мне остается только порадоваться за вас, дети! – с этими словами он отделился от остальных и сжал нас с сыном в почти медвежьих объятиях. Каким бы высоким ни казался мне Гейл, его отец точно был больше и внушительнее.

Кажется, позади демона все вздохнули с облегчением. Бройди даже слезу умиления с ресниц смахнула. А я, когда Эвангирион широким жестом приказал следовать за ним, не смогла не поинтересоваться у Гейла:

— Гейл?

— Да, птичка? – улыбнулся некромант.

— Твой отец – темный демон. Почему кожа у него такая же, как у Эвандалиона? Он ведь совсем темным должен быть!

Тот, от кого сыновья унаследовали внешность, тотчас обернулся и хитро поинтересовался у Гейла:

— Не рассказывал о теплой тьме?

Гейл с улыбкой покачал головой, а госпожа Ревения мягко пожурила мужа:

— Она и без ваших сказок догадается, милый. Тебя вот уже почти разоблачила… – и до того хитрый взгляд бросила в мою сторону, что я невольно зарделась и подумала, что даже рынок рабов был каплей в море по сравнению со знакомством с семьей Эвангелиона.

Когда мы оказались за массивными дверьми замка, ко мне подскочила Бройди, отцепляя от Гейла:

— Пойдем, милая, ты, наверное, устала с дороги. Мы слышали, что нелегко тебе пришлось. Пойдем–пойдем, я покажу тебе отведенные для отдыха комнаты.

Беспомощный взгляд в сторону Гейла не возымел действия – мне только утвердительно кивнули, так что пришлось предоставить себя заботам кормилицы целиком и полностью. Но я почему–то знала: в ее обществе мне обязательно понравится. Только, уходя под руку с сердобольной женщиной, я успела уловить окончание разговора Гейла с отцом:

— Ты задержался. Мы ждали, что придешь прямо к вратам.

— Отец, спешу тебе напомнить о некоторых проблемах, созданных тобой же в отношении этого…

— Я ждал от тебя большей проницательности, – как ни в чем не бывало, перебил сына темный демон. – Но ладно, твоя невеста мне так понравилась, что сегодня я буду добр и все тебе расскажу. У запрета на перемещение было одно условие досрочного прекращения: если ты явишься домой, осознавая, что значит – переживать о ком–то дорогом сердцу.