Книга Академия для наследников. Дитя некроманта, страница 42 – Анастасия Ольховикова

— Если честно — я тоже. Мы всего — то и встретились с ней на… — осеклась я в последний момент, но было уже поздно: папа прекрасно изучил все мои уловки.

— На? — выгнав бровь, призвал он к продолжению.

— На чердаке, — сдалась я, понимая, что все остальное он и сам поймёт.

— На чердаке в общежитии? — удивление папы было неподдельным. — И что же вы, позвольте спросить, забыли на одном из двух открытых, а значит, явно мужских чердаков?

— Пап, мне очень надо было там появиться! — попыталась доказать я свою правоту, но отец остановил меня поднятием руки:

— Я верю тебе на слово. Сейчас не волнуйся. Истощение у тебя случилось знатное. Маме будем говорить? — и так испытующе зыркнул, что я закономерно отказалась:

— Ей и без нас забот хватает, зачем лишний раз волновать попусту?

— И здесь я, как никогда, солидарен с тобой, — поддержал меня папа. — Так что с последствиями будем справляться в рамках академических правил, согласна?

— Думаю, да… и много было последствий? — осторожно спросила я.

— Не появись вовремя Таорман, огневик с четвертого курса, было бы хуже. А так… не знаю, каким именно способом, но он твою тьму усмирил.

— Потому что в нем инкубья кровь, — нет, я бы не сказала, что мой голос звучал разочарованно, но некоторые несоответствия больше не могли быть оставленными без внимания. Ничего Таорман не усмирял — ему в случае со мной это оказалось бы не под силу. Со мной был Дэй и никто другой. Только вот папа, почему — то, был уверен в совершенно противоположном. Что же все — таки произошло на полигоне?

Вздохнув и снова прикрыв глаза, я попыталась воскресить в памяти последние минуты, проведенные в объятиях Дэя. Нет, не мог он мне присниться — просто не мог!

Я перебрала с силой. И даже то, что он внезапно оказался рядом, не спасло меня от истощения. И в обморок я падала, будучи еще с водником. А потом? Что случилось потом? Дэй отдал меня Мани?

Что — то царапнуло на этой мысли. Что — то знакомое, нечаянно навеянное. Ведь было уже так, что сначала рядом был Мани, а потом… исчезал? Ну, конечно! Тот чердак, на который Мани затащил меня — теперь я, во что бы то ни стало, должна была проверить его!

— Огневик, это неудивительно, — тем временем отозвался папа, гладя меня по голове. Его прикосновения унимали сумятицу, царящую у меня в мыслях. Постепенно я начинала понимать, что буду делать дальше.

— Что еще по полигону, пап? — решив не оттягивать неизбежность, спросила я.

— Послезавтра явишься в ректорат. И ты, и Витания должны будете объяснить свою позицию и описать действия, приведшие к таким последствиям. А потом… тебе придется сменить место жительства.

— Что? — глаза сами собой неожиданно распахнулись.

— Твоя тьма теплая, милая, — с сожалением подтвердил отец, — но контролировать ее до конца ты так и не научилась. А потому…

— Я буду исследовать женскую половину башен?

— Да, моя хорошая, — с грустной улыбкой ответил отец. — Зато можешь выбрать себе любую комнату.

— Чердак, — не задумываясь, ответила я. — Я выбираю чердак.

* * *

Переезд прошел гладко. Мне помогала даже Свон, с которой отношения после нашего якобы воссоединения с Таорманом стали прохладными. А еще она смотрела очень обеспокоенно, когда уходила из моей новой комнаты, но о своих опасениях вслух не сказала. Айна бодрилась и не верила, что я не могу контролировать тьму, а еще обещала в ближайшее время принести своей настойки, чтобы повторить мое «посвящение» в суолы. Конечно, я ничего не имела против, вот только сомневалась, что мы сможем воссоздать душевность первого раза. Но делать было нечего, уговор с Мани все еще был в силе.