Книга Академия для наследников. Дитя некроманта, страница 24 – Анастасия Ольховикова

Приобретенные знания я начала использовать и в быту. Например, у нас появилось несколько тарелок, воплощенных из тьмы, однако применять силу на предметы большего размера я пока опасалась: тьма начала бесноваться и грозила вырваться наружу. Я не хотела травмировать Дэя, тем более что от одного его прикосновения успокаивалась и возвращала утраченный над собой контроль.

Однажды, когда мой спутник отправился на утреннее купание под водопадом, которое совершал ежедневно, я решила попробовать что — то более основательное, чем все, что делала до этого. Поднялась с постели, обвела взглядом пещеру и поняла, что самой надоедливой вещью в нашем с Дэем быту являлась именно кровать. Точнее, ее отсутствие. Вещь, сотканная из тьмы, ведь не займет много места, правда? А если у меня получится, я и товарищу смогу придумать место для ночлега! Он ведь ночевал каждый раз на каменном уступе, любезно предложив мне свое старое место. Вот так, руководствуясь исключительно благими побуждениями, я и принялась творить историю с закрытыми глазами, направляя всю доступную мне тьму в кисти рук.

Когда стихия утихомирилась, а я открыла глаза, первым желанием было сорваться с места и унестись прочь от гнева Дэя. Нет, задуманное у меня, безусловно, получилось, только вот выглядела новая постель в точности как в моих покоях из дедова замка, то есть широкой, огромной, со стойками и балдахином! Не найдя лучшего решения, кроме как нажаловаться Дэю на себя же, я выбежала из пещеры, чтобы окликнут его и позвать внутрь. Только вот не смогла этого сделать, застыв на месте, стоило оказаться на уступе, с которого открывался вид на озеро подле водопада.

Он еще не закончил купание — плавал под водой, делая мощные гребки и за счет этого преодолевая большие расстояния. Я невольно залюбовалась грацией Дэя, улыбаясь и радуясь тому, что нам все же посчастливилось встретиться. Видимо, за раздумыванием я пропустила тот момент, когда водник закончил процедуры, так что очнулась только тогда, когда он, находясь по пояс в воде, начал движение к сложенной на валуне одежде. А купаться, как выяснилось, молодой человек предпочитал обнаженным. Перед тем, как зажмуриться, я все же успела отметить его широкие плечи и узкую талию, а дальше… приказала себе не смотреть. Тьма внутри внезапно взбунтовалась, потянула к этому мужчине, требуя не останавливаться на достигнутом, требуя… а чего она все — таки хотела?

Я прижала руку к груди, опускаясь на корточки и пытаясь унять учащенное сердцебиение. Что со мной случилось? Это что, такая реакция на обнаженного мужчину — или что — то совсем другое?

Я не раз спрашивала родителей, как они поняли, что предназначены друг для друга. Мама мечтательно закатывала глаза, говоря, что папа был единственным, с кем ей захотелось поделиться светом, папа говорил, что однажды разбуженная тьма, так или иначе, заставит тебя добиваться своего. Да, я влюбилась. Но было ли это чувство тем самым, которое имел в виду папа?

— Никогда бы не подумал, что ты решишься за мной подглядывать, Эви, — ворвался в суматошное течение моих мыслей насмешливый голос Дэя. Встрепенувшись, я поднялась, сдавленно охнув и покачнувшись — ноги затекли, пока я пребывала в своих думах — и тут же оказалась в руках своего спутника. Подняв на него глаза и привычно видя размытые черты лица, я разочарованно вздохнула, пусть и понимала, что его немного обеспокоила моя внезапная слабость.