Книга Аква Маррин, страница 49 – Людмила Жукова

Как только прозвенел звонок, направилась к кабинету, где должен пройти следующий урок. Там же и пересеклась с Квином и Габи. О причине вызова к директору уточнять они не стали, лишь спросили, как именно меня наказали. Услышав ответ, только сочувственно покачали головами.

До обеда уроки прошли обыденно и вот мы уже стоим с Вайлет и Квинси и пытаемся найти места за столиком, чтобы сесть всем вместе. Мест было много, но проблема заключалась в том, что все ученики разбились по своим привычным группкам, и за столиками оставалось одно, максимум два места. В нашу сторону никто не смотрел, старательно отводя глаза и незаметно подкладывая на свободные места свои рюкзаки или сумки. Ни для кого не было секретом, что стало с комнатой Сони, и что виновником была именно я, тем более ребят сильно пугал мой взгляд, так что не удивительно, что в своей компании видеть нас троих никто не хотел, кроме одного...

— Не возражаешь, если мы тут сядем?

Эванс удивлённо поднял голову, растеряно моргнув, явно не ожидая, что кто-то захочет составить ему компанию за обедом. Вместо ответа, он лишь ближе подвинул свой поднос, освобождая противоположную часть стола, куда я поставила свой.

— Будешь? — Как только мы расселись, я по старой привычке достала из сумки несколько пудингов, раздав их друзьям, а после протянула один Крису. Вай с Квином оживились — десерт дал понять, что я всё та же, не смотря на случившееся.

— Спасибо, — тихо поблагодарил парень, неуверенно принимая угощение, как за нашим бывшим столом раздался громкий смех. Головы не повернула, а вот Крис отреагировал. В тот момент, когда его глаза нашли Линси, я вдруг увидела в Кристофере себя саму, потерянную и подавленную, с разбитым сердцем. Почему-то от осознания того, что страдаю не только я, а есть ещё человек, понимающий мою боль, стало легче.

— Добро пожаловать в клуб, — грустно улыбнулась повернувшемуся парню и, больше не обращая ни на что внимания, принялась за свой обед.

Пудинг, казалось, имел особую магию. Вайлет и Квинси, обычно болтливые и оживлённые, сейчас ели молча, но в их глазах читалось облегчение. Этот маленький жест, привычный ритуал, возвращал их к той жизни, которая была до того, как всё изменилось. Я же, наблюдая за ними, чувствовала, как напряжение, сковавшее меня с самого утра, постепенно отступает.

Крис ел медленно, словно пробуя каждый кусочек, словно пытаясь удержать этот момент, эту крошечную частичку нормальности. Его взгляд, когда он снова посмотрел на меня, был полон невысказанных вопросов, но в то же время в нём читалось понимание. Теперь он знал, что такое быть изгоем, когда тебя избегают, что твоё присутствие вызывает дискомфорт. И, возможно, именно поэтому он не отвернулся, когда мы подошли — ему просто снова хотелось стать частью общества, пусть маленького и слегка чудаковатого, как наша компания, но всё же общества.

— Ты как? — Спросила я, обращаясь к Крису, но мои слова были адресованы скорее нам обоим.

Он поднял на меня глаза, и в них мелькнула тень улыбки.

— Нормально, — в этом простом слове было больше, чем могло показаться на первый взгляд.

Мы продолжили есть в тишине, но это была уже другая тишина. Не неловкая, не напряжённая, а скорее понимающая. Тишина двух людей, которые, несмотря на все обстоятельства, нашли друг в друге что-то общее. И в этот момент, среди шума столовой и отголосков чужого смеха, я почувствовала, что, возможно, всё не так уж и безнадёжно. Возможно, даже в самых тёмных моментах можно найти свет. И этот свет, как оказалось, мог быть таким же простым, как пудинг, или таким же глубоким, как понимающий взгляд.