Книга За право мстить плачу любовью, страница 40 – Маргарита Климова

После прочтения последней записи он ещё долго сидел, уставившись в стену. Что-то страшное сворачивалось в глазах, что-то чернее чёрного, что-то вязкое, жуткое, отдающее смертью. С этой чернотой никому не пожелаешь встать у него на пути.

— Саныч, нужна твоя помощь, – гаркнул, услышав в трубке армейского друга. – Артур и Станислав Волковы. Пробей их и установи слежку. Ориентируйся на компанию Марка Лемохова, погибшего девять лет назад. И ещё. Тухманов Роман Аристархович, юрист. Его надо найти. Спасибо, брат. Жду новостей.

Несмотря на ночь, Саныч ответил сразу, как всегда было при звонке армейских друзей. Особый отдел, сплочённость, помощь в любое время суток. Шесть человек, которые стали ближе братьев, заслужившие полное доверие. Шесть человек, не раз спасавшие друг другу жизнь, прикрывавшие спину, заслонявшие собой.

В сложившейся ситуации Тимур мог обратиться только к нему, не затрагивая безопасников отца и полицию. Он должен всё сделать сам и сделать это так, чтобы не провести двадцать пять лет за решёткой.

Тим так и не пришёл ночевать к Рине, оставшись валяться на диване в кабинете. Он сам не мог себе объяснить, в чём причина, но чувствовал себя каким-то грязным, чтобы ложиться рядом с ней. Алкоголь или знание делали его таким? Ответа не было. В голове пульсировала только одна мысль: «Отомсти, чтобы стать достойным».

Рина застала Тимура с утра на кухне, готовящего омлет и тосты. Влажные волосы указывали на недавнее посещение душа, а остаточный запах перегара на тяжёлую ночь.

— Доброе утро, – несмело поприветствовала Рина и села за барную стойку.

— Доброе, – вполоборота развернулся Тим и выключил плиту.

— Как прошла ночь? – прервала молчание девушка, когда Тим поставил перед ней тарелку с завтраком и сел напротив.

— Познавательно, – произнёс он и уставился на Рину. – Я всё знаю, Карина. Прочёл твой дневник.

Рина застыла с поднесённой ко рту вилкой, сделала несколько рваных глотков воздуха и закрыла глаза. Она думала, что будет легче находиться с ним рядом после того, как он узнает всё. Она ошибалась. Стало тяжело дышать, как будто в груди надули шарик, и он расплющивает органы, освобождая себе место, руки налились свинцом, а ноги потеряли опору, напоминая о себе только раздражающими покалываниями. Она снова стала жалкой, слабой, уязвимой.

— Я убью их, клянусь, – обнял за плечи Тим, подойдя сзади. – Такие твари не должны жить.

Рина всхлипнула и откинулась назад, втираясь в него, прорастая каждой клеточкой. Ей были необходимы эти объятия, эта поддержка, эта клятва. Она сделала ещё один большой шаг к цели, к концу Волковых.

— Просто смерти для них мало, – выдавила из себя Карина, глотая слёзы. – Они должны испытать все удовольствия, что подарили мне и маме. Они должны страдать.

— Обещаю. Они заплатят за каждый твой стон, за каждую секунду боли, за каждый рубец, за каждый ожог, оставленный на теле и сердце. Я сделаю всё. Верь мне, Карина.

Карина поверила. Сердце подсказывало, что Тимур выполнит своё обещание, что она нашла свою стену, крепкую, выстроенную в несколько слоёв кирпичей, промазанную на совесть цементом, с мощным фундаментом, врытым в почву на несколько метров, с колючей проволокой под напряжением, протянутой по всему периметру.

— Спасибо, Тимур. Для меня это очень важно.