Книга Не свой, страница 76 – Маргарита Климова

— Сил нет. Полежу немного, потом поем — мотнула головой, снимая с крепежей люльку. — Юр, ты бы остался сегодня у нас. Муж бывший звонил и угрожал. Как-то не по себе оказаться ночью без защиты.

— Без проблем, — кивнул он, вытирая руки салфеткой. — Лягу в гостиной.

— Лучше займи гостевую спальню. Я ночью встаю кормить Машу. Не хочу тебя беспокоить своими хождениями.

— Договорились, — с хлопком приложился ладонями к столешнице и виновато глянул на меня и на малышку, пряча конечности под стол. — Поговорю с Савкой. Может, имеет смысл переехать сюда, пока Рогов в больнице.

Любаня закивала болванчиком, кажется, забыв от счастья про обещанный кофе, а я с трудом растянула губы в улыбке и поднялась наверх, отсекая шум и впитывая тишину. Мы вполне могли обойтись без охраны, но мне выдался шанс позаботиться о счастье подруги. Люба достаточно соблюдала траур, похоронив в себе женщину.

Ануш

— Представляешь, спускаюсь заранее развести Машеньке смесь, пока она не заголосила и не разбудила всех, щёлкаю выключателем, зажигая верхний свет, а из холодильника торчит мужская задница, задорно пританцовывая и выводя восьмёрки, — жаловалась Савелию, сидя рядом на стуле. — При моём появление волосатый зад замер, как-то испуганно сжался, а потом из-за дверцы выползла остальная часть хозяина. В одной руке салатник, в другой бутылка вина, во рту котлета, на подбородке стекающий жир, а в очах паника. Следом из ванной комнаты выплыла другая приверженка нудистской

культуры, жалуясь, что мамонтёнок всё ей стёр своей дубиной.

— А ты чего? — жалобно скулил Сава, морщась от смеси боли и смеха.

— А я совершенно машинально опустила взгляд на дубину, всё ещё стоящую гордой мачтой и покачивающуюся то в мою сторону, то в Любкину. Как врач, меня сложно удивить чем-нибудь, но тут… Ты знал, что у него в паху вытатуирована морда слона с мохнатым хохолком и скошенными к центру глазами, а член ассоциируется с хоботом. Завораживающее видение.

Сейчас мне приходилось всхлипывать и смахивать наворачивающиеся слёзы, давясь от безудержного смеха, а ночью было неловко, стыдно и шокировано, как будто это я голышом в чужом доме тырю еду. И я ещё не рассказала Савке о салатнике, неудачно накренившемся от изумления. Зелень, сладкий перец, зёрна кукурузы и чесночно-майонезная заливка потекли по животу, путаясь в кудряшках модной причёски на корневище вздрагивающей дубины.

— Это Юрка на спор по пьяни сделал, — хрюкнул Рогов, а следом охнул. — Мы тогда неделю не просыхали, отмечая возвращение Сеньки из горячей точки. Граблин, как раз, с виновником торжества поспорил, чем раззадорил всю компанию и татуировщика. Теперь у одного в паху голова мамонтёнка, а у другого жопа с хвостом.

— А у тебя? — спросила и сразу смутилась от необдуманного поведения. Меня учили больше молчать и не показывать свою женскую тупость перед мужчинами.

— А у меня увидишь после подачи заявления в ЗАГС, — загадочно промурлыкал Савелий, ломано выгнув подбитую бровь. — Ну, или после свадьбы, если будешь плохо себя вести.

— Прямо страшно стало, — подобралась вся на стуле, пряча за распущенными волосами зардевшиеся щёки. Удивительно, но мне нравился такой флирт с пошловатыми нотками. Он будоражил, тонизировал и возбуждал до мелкой дрожи в коленях.