Книга Бестселлер на троих, страница 41 – Маргарита Климова

Солнце нещадно палит, войдя в зенит, нагревает почву, деревянное покрытие террасы, ротанговые кресла на ней. Пахнет прокалённой землёй, спёкшейся малиной и прожаренной корицей от свежих булочек. Мама, как всегда, в своём репертуаре. Несмотря на то, что легла поздно ночью, к обеду наготовила кучу еды и капается на любимых клумбах.

Выпив кофе с булкой, беру ноутбук и уединяюсь в дальнем углу сада под старой яблоней. Густая зелень хорошо скрывает от настырных лучей небесного светила, зависшего огненным диском над головой. Можно было бы расположиться в прохладе дома, но, почему-то, сейчас хочется быть ближе к природе.

Настраиваюсь на работу, продумываю план и воспроизвожу в уме внешность и характеры главных героев. Вырисовывается первая глава, и я готова настучать несколько тысяч знаков на клавиатуре, как в тихий шелест листвы врезается рингтон телефона. Надюша. Именно на неё стоит «Надежда, мой компас земной».

— Да, — принимаю звонок и откидываюсь на спинку шезлонга.

— Анька, — как обычно коверкает моё имя Надя. — Юрка позвал меня в Карелию на сплав, так что я взяла отпуск и пакую чемоданы. Увидимся через две недели. Буду высылать фотоотчёт.

Неугомонная подруга сбрасывает вызов, а я некоторое время прихожу в себя от её сбивающей с ног энергии. Как быстро у них всё закрутилось. Познакомились пару дней назад, а уже вместе едут отдыхать. Всегда завидовала лёгкости и непосредственности Силинской.

Наверное, благодаря ранней потери матери и несладкого существования с отчимом-алкашом, Надюша с жадностью берёт от жизни всё — и плохое, и хорошее, как будто это последний день, и завтра может не настать. Я же всё время оглядываюсь назад и боюсь сделать неправильный шаг. Правда, один раз всё-таки оступилась, и, надеюсь, об этом никто никогда не узнает.

Артём

Самые бестолковые два дня. В издательстве сказали, что Надежда взяла отпуск, а про посещение квартиры и вспоминать противно. Кое-как уговорил девушку на ресепшене дать мне номер телефона Силинской, да и тот оказался выключен. Ни реального адреса, ни работающей связи. Ощущение, что топчусь на месте, совсем не приближаясь к цели.

Странно, но чем больше проходит времени, внутри что-то перегорает. Накатывает состояние апатии, и смысл поиска теряется с каждым днём. Если бы не первая проба в прозе, заполняющая длинные ночи, я бы снова пристрастился к спиртному.

Так и плыву в статичном состоянии, заперевшись в четырёх стенах и обеспечив себе меню из лапши быстрого приготовления и яиц. Набираю тексты на редактуру, закапываюсь в работу, ограждаюсь от общения. Кажется, даже привыкаю к одиночеству, заняв выжидательную позицию.

Периодически прозваниваю добытый номер, и всё чаще закрадывается сомнение в его правильности. Планирую завтра снова наведаться в издательство и побольше разузнать о Надежде, но вечером приходит сообщение, что она, наконец, в сети.

Сжимаю аппарат и замечаю, как потрясывает руки. Не волновался так даже на свадьбе, когда тесть слишком старательно лупил ладонью по спине, обнимая и зло шепча угрозы. Он рассчитывал на более выгодную партию для дочери, а не на нищего писаку без имени и перспектив. Прав был. Как в воду смотрел.

Делаю несколько глубоких вдохов, как перед прыжком с парашютом, на который так и не решился, в отличии от Марата. Он сиганул вместе с группой, а я остался в самолёте, поняв, что не хватит духа. Вывожу номер Нади на экран и, прикрыв глаза, жму на вызов. Длинная очередь гудков, от которых сердце ныряет в пятки и болезненно бьётся там.