Книга Бестселлер на троих, страница 18 – Маргарита Климова

— А зачем мы сюда пришли? — жеманно произносит Надя, проходя рукой по талии к бедру.

— Буду тебе стихи читать, — толкаю её на поваленное бревно, судорожно вспоминая Тёмкины четверостишья.

— Это теперь так называется? — тянет вниз собачку, прогибается в позвоночнике, демонстрируя оголяющуюся ложбинку и чёрное кружево.

Замираю, почувствовав незначительное шевеление в паху, слежу за молочной кожей, всё больше проявляющейся в слабом свете телефонного фонарика, жду, что интерес покрепчает, оттянет штаны, покажет, что умеет не только справлять нужду, но член отказывается реагировать на спелые груди.

— Может присоединишься? — урчит кошка, дойдя до конца молнии и раздвинув края, вываливая мясистые сиськи, стянутые тонкой паутинкой кружева.

Может и присоединюсь, если предатель соизволит подняться и посетить тёплую пещерку удовольствия. Через карман тыкаю в него пальцем, мысленно приказываю встать, но странное дело… Кровь вся отлила в мозг, лишив питания детородный орган.

Надя избавляется от кофты, берётся за шнурок джоггеров, подцепляет ногтем узелок, а я… А я начинаю читать Тёмкин стих, написанный в пору его медового месяца, благодаря кровь, прибывшую в мозг и отстимулировавшую его работу. Читаю громко, с выражением, вкладывая всю душу, приподнимаясь на мысках, вытягивая шею и размахивая на самых острых моментах руками.

Сказал же — стихи привёл читать, вот и стараюсь, неся слово Верховина в массы.

Анита

— Нет, ты представляешь? Сижу я на бревне, откармливаю голыми сиськами комаров, которые на обнажённый свежачок налетели целой толпой, надеюсь получить долгожданную порцию удовольствия, а он начинает стихи декламировать, — жалуется Надюха, отпивая из горлышка бутылки вино. — Да ещё так старательно, с выражением. Табуретки только не хватало.

— Ну, может Марат тайный романтик, — с деланным сочувствием успокаиваю её, выдвигая тупые версии.

Сказать, что мне жаль, значит соврать самой себе. Ещё там, у костра, ловила на себе его взгляд, незаметно отслеживающий любое моё движение. Скорее, даже чувствовала, чем видела. И скрытый интерес, сочащийся в мою сторону, льстил разбитой душе. Не могу точно дать определение этому состоянию. Просто с таким голодом на меня не смотрел ни один мужчина. Что-то звериное, с похотью, словно хищник наметил жертву и крадётся к ней.

— Мне то, что до его романтичной натуры? Я мужика не щупала уже четыре месяца, — взвывает Надя, заводя любимую шарманку по не трезвяку. — Мне трахаться охота, а не о силе любви, зарифмованной в четверостишья, слушать.

Четыре месяца у неё не было. Ха… У меня уже год, как минимум присутствовало полное отсутствие секса. Последнее время Серёжа не баловал. Да и когда ему? Поистёрся бы, бедняжка. А после развода даже на самоудовлетворение руки не поднимались. Сейчас же, разбередив поцелуем либидо, готова сама запрыгнуть на член мужика, аж зубы сводит.

— Я и так изогнусь, и этак, ноги раздвину, а он всё читает и читает, читает и читает, — сбавляет обороты Надька, зевая и подминая под голову подушку. — Не выдержала, прямым текстом предложила себя, а он: «Я не такой. Не сплю с девушками на первом свидание». Вот на хрена он меня в лес тащил? За каким отвешивал комплименты и пошлые намёки? Что со мной не так? Грудь, попа, лицо? Чего мужикам надо?