Книга Ганзалеон 800 лет назад. Предисловие, страница 10 – Маргарита Климова

К концу светопреставления я осталась погребена в пещере. Плиты сомкнулись, отрезая от мира, предавшего законы богов. Всё, что мне осталось, ждать. Ждать, пока погаснет очередная душа, ждать, когда смогу попасть к своим мужьям.

С того дня ни одна новая сфера больше не появилась. С каждым днём, месяцем, годом, их становилось всё меньше и меньше. Одни бледнели, тускнели, бились слабым, неровным пульсом и затухали, другие вспыхивали ярко в последний раз и растворялись, оставляя после себя тонкую дымку. Девочки больше не рождались, мужчины сходили с умы от нехватки женщин и продолжали воевать, уничтожая оставшихся сакиа. Ганзалеон вымирал, стремительно, бесповоротно, безвозвратно. Я не видела закат, только чувствовала через боль, передающуюся от сфер, и то, что происходило на поверхности, было ужасно. Войны, море крови, насилие, истребление, смерть. Урок богов прошёл даром. Ценность сакиа так и не стала главным приоритетом ганзалеонцев.

Сколько я уже здесь? Десять лет. Десять лет одиночества. Десять лет ожидания. Десять лет оплакивания каждой сгоревшей души. Всё это время я разговаривала со сферами, не получая ответа от них, часто впадала в сон, наблюдая, как растёт моя дочь, видела тоску в глазах мужей, когда они ночью поднимали головы кверху и смотрели на луну, в надежде узреть меня, спускающуюся с неба. Первые, неуверенные шаги, первое, корявое слово, первая, беззубая улыбка. Столько радости и столько горя. Я тянулась к ним, умоляла богиню отпустить пораньше, и каждый раз просыпалась в своей пещере.

Боль притупилась, но сердце изнывало от невозможности взять своего ребёнка на руки. Всё это время она росла без меня, скучала, слушая рассказы отцов, просила Зандала быстрее вернуть маму.

Десять лет я наблюдала за падением Ганзалеона, за ужасом, творящимся на поверхности, за страданиями, переживаемыми сакиа. Сколько из них бросалось с утёса, лишь бы не достаться врагам, сколько забивалось в горящие дома, сгорая заживо в страшных муках.

При моём появлении сфер было несколько сотен, сейчас сиротливо летали только три, и одна из них моя. Что с выжившими двумя? Я пыталась прорваться к ним сквозь сон, желая убедиться, что они в безопасности, но, либо их глубоко запрятали, либо взяли в плен и держат взаперти. Чтобы с ними не случилось, этот ад уже невозможно остановить.

Странно. Но отсутствие женщин сказалось на всей планете. Животные стали мельчать, некоторые виды вымирать, реки иссыхали, а пустыни всё дальше расползались на плодородные, совсем недавно, земли. Дожди стали нечастыми гостями, из-за чего леса редели, а у растений деформировались стебли, обрастая дополнительными, воздушными корнями.

Природа приспосабливалась к новым условиям жизни, ганзалеонцам приходилось сложнее. Войны, голод, странные болезни, отсутствие рождающихся детей. Всё это скосило полпланеты за каких-то десять лет. Стали ли мужчины терпимее и мудрее? Нет. Озлобленность, ненависть к богам, жадный поиск оставшихся в живых женщин. Напрасный поиск. Обе сферы погасли одновременно, вспыхнув ярко и исчезнув в темноте. Осталась одна моя жалкая душонка и ожидание, что вот-вот…

Вот-вот, я закрою глаза и окажусь в объятиях своих любимых. Вот-вот, я услышу заливистый смех своей дочери. Вот-вот, я возьму её на руки. Вот-вот, я прижму её к себе.