Онлайн книга «Достаточно трёх. Возрождение Ганзалеона. Книга 1»
|
Они молчали, снося пытки, гноя заживо, терпя нечеловеческие условия. Они умирали один за другим. Казалось, имя заказчика канет с последним выжившим. Последний самирионец маялся от жара, впадая в бессознательность и бред. В предсмертной агонии он много твердил о Земле, кристаллах и женщинах, которых надо убить. Страшное осознание причастности землян к попыткам нашего уничтожения. За что? Сначала лишили нормального детства, потом продали! Решение пришло внезапно. Всё дело в наживе. Сколько денег они потеряли, лишившись продажи тел для Ганзалеона? Да! Девушки прилетали, но в основном в качестве прислуги, а это значительно понижало заработки правительства и посредников. Я со своими дочками сломала систему, бизнес, принесла головную боль и уничтожила надежды. Спасая землянок, я покусилась на святое – власть, амбиции, богатство. Следовало уничтожить меня и моих девочек. Стереть с лица планеты, рассыпав искрами на священной плите. Доказательства были так себе. Парламент долго совещался и единогласно проголосовал. Дариолла, рожающая дочерей, перевесила значимость Земли. Контакты с землянами прекратили в одностороннем порядке, отозвали послов и представителей, разорвали контракты на поставку кристаллов и закрыли лётное пространство для кораблей. Мужчинам Самириона также было запрещено посещать Ганзалеон. Несмотря на принятые меры, мужья не стали уменьшать охрану, и Гартал в целях безопасности остались у нас. Со всей суетой время до родов пролетело незаметно. Рожать Вероника решила ночью, сначала тихо поскуливая от схваток, стараясь никого не разбудить, потом боль взяла своё, и её крик сотрясал стены, отрекошечивая от камня гостевого крыла. К обеду она разродилась гигантской дочкой на семь килограмм, орущей погромче мамы. И как только миниатюрная Ника смогла выдавить такую богатыршу? Замир кинулся лечить истерзанное родами тело жены, а Януш и Намиз бурлили от счастья, заполучив малышку в руки. Красавицу назвали Заларри – сияние. Светлые волосы, белая кожа, как у мамы и чёрные папины глаза, прожигающие серьёзным взглядом. Через час Вероника была в полном порядке, забыв о боли, и кормила Заларри, лёжа в чистой постели. На её лице блуждала мечтательная улыбка и много нерастраченной нежности. — Спасибо, что вырвала меня сюда, – с благодарностью посмотрела на меня. – Я никогда не думала, насколько могу быть счастлива. Земля убивала, медленно, мучительно. Дерьмовые родители, потеря тебя, предательство жениха. Ты спасла меня, сестрёнка. Подарила новую жизнь, любовь, прекрасных, заботливых мужей, самую красивую дочку. Я всю жизнь буду молить богов, чтобы ты была счастлива, чтобы никогда не страдала от горя. — Люблю тебя, – подвинулась поближе, обняла. – Ты самая лучшая сестрёнка во вселенной. Ты заслужила это счастье. Слёзы навернулись некстати. Такое радостное событие, а мы ревём как дуры. Заларри, почувствовав сырую атмосферу в комнате, открыла глазюки и заревела во всю мощь лёгких. — Какая она чувствительная, – пропела Вероника, поднося ребёнка к груди. – При ней и поплакать нельзя. Папашки, услышав рёв драгоценной малышки, влетели в спальню и застыли, насыщаясь картиной кормящей Вероники. Она действительно похорошела. Прибавила недостающие килограммы, обрела аппетитные округлости, здоровый румянец не сходил с ранее бледно-зелёного лица, голубые глаза стали ярче, топя окружающих блеском, отросшие волосы переливались платиной, вызывая желание погладить, что мужья и делали ежесекундно, прикасаясь не только к волосам. Вероника млела от их прикосновений, покрывалась румянцем ещё больше, и блеск глаз заволакивала пелена страсти. Скорее всего мои глаза также затягивало от прикосновений Стараса, Шаада и Даяна. И похотливый румянец заливал жаждущую прикосновений грудь. Скорее всего… |