Книга Достаточно трёх. Возрождение Ганзалеона. Книга 1, страница 14 – Маргарита Климова

— Малыш. Ты должна согласиться, – уговаривали на перебой. Я не могла переступить барьер, особенно после сна.

— Скажи, чего ты боишься?

— Брак признаётся после того, как камень начнёт светиться? – спросила, сглатывая солёный комок. – Он же может не засветиться?

— Камню надо отдать страсть, – прошептал Даян. – Страсть всех четверых. После этого он благословляет семью и запускает процесс изменения сакиа.

— Как я могу отдать страсть, будучи напуганной и под взглядами посторонних? – взвыла я.

— Ты просто должна довериться нам, – Шаад нежно поцеловал в живот, вызвав слабую волну возбуждения.

— Мы всё сделаем сами, – присоединился к поцелуям Старас.

— Я согласна, – простонала в ответ, отдаваясь разгорающемуся пожару внутри.

— Тогда мы должны подготовить тебя, – улыбнулся Старас, поглаживая тугое колечко. – Твоя попка должна лишиться девственности и принять Шаада.

— Почему Шаада? – испуганно выкатила глаза. – У него самый большой и толстый член. Моя попа такого не перенесёт.

— На церемонии гияну заполняют по старшинству, – объяснял Старас, продолжая массировать колечко. – Я являюсь началом и занимаю лоно. Шаад становится продолжение, заполняя собой попку. Даян замыкает круг, вбрасывая семя в ротик.

Жадный поцелуй Даяна, покусывающий губы, сметающий преграды, посылающий разряды электричества, и я уже на четвереньках на краю кровати. Старас проходиться языком по ложбинки, затрагивая тугое колечко, и я выгибаюсь как кошка, прося большего. Палец медленно проскальзывает, раздвигая стенки, выдирая стон, тонущий в губах Даяна. За ним второй, третий, я поддаю бёдрами, насаживаясь на них. Это уже так привычно, ощущать трение пальцев там. Старас ускоряет темп, растягивая по кругу, скручивая спираль внизу живота. Кровь несётся с бешенной скорость, затапливая сознание. Не поняла, когда пальцы сменились членом, только жуткое давление и сумасшедшая наполненность заставляют напрячься. Тупая боль раздирает стенки, раздирает меня.

— Боже мой, я не выдержу, – стону сквозь зубы, напрягаясь всем существом.

— Расслабься, тогда сможешь принять меня, – продираясь, рычит Старас.

Даян ложится, подползает головой под меня и присасывается к клитору. Волна накрывает с головой, расслабляя и позволяя принять член полностью. Боль смешивается с потоками удовольствия, и я начинаю покачивать бёдрами в направлении паха. Шаад с голодом смотрит, как ствол входит в меня и урчит от возбуждения. Даян добавляет к языку палец, поглаживая лоно, разгоняя кровь сильнее. На пике взрыва получаю мощный толчок и горячие потоки спермы, орошающие пульсирующие стенки. Пустоту от Стараса заполняет Шаад, проталкиваясь грубее, жёстче, растягивая до умопомрачения, срывая в пропасть, топя в мощном оргазме, сворачивающим каждую мышцу в моём теле. Даян отрывается от клитора и перемещается наверх, размещая член под моими бёдрами. Нажим на поясницу и мокрая плоть насаживается на него, поглощая, сжимая, втягивая. Громкий стон, вырывающийся из открытого рта, заталкивается обратно в горло членом Стараса. Они как слаженный механизм в одном темпе входят в меня, и я не понимаю от чего меня разрывает, от поршней, врывающихся со всех сторон, или от оргазма, выбивающего из лёгких кислород. Бьюсь в припадке удовольствия, как рыба, выброшенная на берег, бесконечно, ловя волну за волной. Старас вытягивает мне шею, удаляя преграды, и член по языку входит в гортань, лишая возможности дышать. Пара глубоких толчков, и по горлу течёт горячая сперма. Он медленно вытягивает блестящий от слюней ствол, и я вылизываю его весь, до капельки. Рык сзади, и Шаад изливается следом. Последним кончает Даян, натягивая меня до боли.