Книга После Развода. Наследник для дракона, страница 71 – Зена Тирс

Шипит от боли в боку.

— Операционная готова? — спрашиваю я деловым тоном.

— Да, я приказал своим полковым лекарям всё подготовить, они будут тебе ассистировать, — произносит он, придерживаясь за бок.

— Хорошо. Я сейчас оденусь — и буду готова заняться твоей раной, — киваю я.

— Не спеши, Кать. Позавтракай. Покорми детей. Когда будешь готова, сообщи адъютантам, они проводят тебя в операционную. Кардинал Людвиг скоро придёт присмотреть за детьми. Спасибо тебе, что позаботилась об Эмме. И за Ричарда — я до конца жизни буду благодарен тебе.

Данмар делает короткий поклон и покидает спальню.

— Спасибо за клубнику, — говорю ему вслед.

Сердце щемит.

Пробую ягоду — сладкая и сочная. М-м-м. Хочется поделиться с детьми!

Ричард никогда не пробовал, в Третогоре же не растет совсем!

Бужу детей и тяну им мисочку.

— Что это, мам? — удивлённо спрашивает сын.

— Эти ягоды называются клубника. Очень вкусные, попробуй! Папа принёс, — говорю ласково.

Рик решительно кусает крупную ягоду и расплывается в улыбке.

— О-о-о, очень вкусно! Дай мне ещё!

— Эми, попробуй тоже? — протягиваю ягодку девочке.

Крошка берёт ягоду маленькой ручкой, осторожно подносит к ротику, пробует. Кусает ещё кусочек побольше, а потом съедает и всю ягоду.

— Понравилось?

Девочка кивает и робко улыбается.

Я даю ей всю миску, чтобы она сама брала и не стеснялась, и ласково глажу ей короткие волосики.

Такая худенькая, маленькая и добрая девочка. Чувствую, что добрая, как маленький росток, на который ещё можно повлиять, если взять под опеку.

Сперва Эмма дичится моих рук, замирает, а потом расслабляется, как податливый котёнок.

Что же, девочка? Тебя никто не гладил по голове?

Потом я веду детей умываться. Ричард всё делает сам: сам находит полотенце, включает воду, свободно чувствует себя в незнакомом пространстве. А Эмма замирает у двери. Я беру её за ручку, всё ей показываею и помогаю.

Нам приносят завтрак, кормлю детей и ем сама — силы на операции мне понадобятся!

Потом разбираю вещи в сумке Эммы, которую принесли вчера из кареты. Нахожу платье, колготки и ленту. Одеваю девочку, застёгиваю все пуговки, поправляю воротничок, а лентой завязываю хвостики, и чувствую, как внутри всё трепещет от этих приятных забот. Ричард ведь совсем другой — парень! Настоящий сорванец, весь в отца. И хоть ему всего четыре, он уже не терпит, чтобы я помогала ему одеваться, он сам даже ремень на камзоле застёгивает. Эмма же мягкая, ласковая.

— Нравится? — спрашиваю, указывая на хвостик, когда мы стоим у зеркала.

Малышка кивает и улыбается.

Я умиляюсь.

Понимаю, что не хочу отдавать эту девочку. Кажется, я хочу себе дочку.

Потом приходит кардинал Людвиг. И с порога загадочно улыбается.

— Что вы там прячете за спиной? — хмурюсь я.

Дети радостно подбегают к кардиналу. Рик почтительно кланяется, улыбается и громко произносит:

— Здравствуйте, ваше преосвященство! Я так рад, что вы пришли! Хотел узнать у вас ещё пару вопросов про обеспечение хозяйства монастыря, расскажете мне?

— Хорошо, лорд Ричард, мы с вами всё обсудим, — усмехается кардинал.

Эмма стесняется, но я вижу по её выражению, что она тоже очень рада видеть кардинала.

Ещё вчера, когда дети общались с кардиналом, они прониклись его обществом, сидели слушали его рассказы с большим интересом. Кардинал Людвиг только внешне такой суровый, глава королевской церкви, а с детьми он совершенно ласковый, словно родной дедушка с любимыми внуками.