Книга После Развода. Наследник для дракона, страница 51 – Зена Тирс

— Хорошо, — говорит генерал, оборачиваясь через плечо. — Я провожу тебя и побуду с сыном, покатаю его, наконец, на коне, пока ты ищешь ответы в библиотеке.

Я меняюсь в лице. Чувствую, как брови лезут на лоб.

Внутри птицей начинает колотиться тревога. Мой сын был очень слаб в первый год жизни, я дрожала над каждым его вздохом. Мысли о поездке на жеребце обжигают и вызывают протест, ведь Данмар мужчина, военный, он никогда не присматривал за маленькими баловными мальчиками.

— Никаких коней, это опасно, — говорю я. — За Ричардом сложно уследить, ты не…

— Я не позволю, чтобы с ним что-то случилось! — прерывает Данмар, резко останавливается и поворачивается ко мне.

Я чуть не впечатываюсь в него, замирая в полушаге.

Данмар продолжает горячо:

— Он мой сын. Я его вот тут буду держать, — показывает на солнечное сплетение. — Очень крепко.

Гляжу на широкую ладонь у сердца. Сильные мускулы, проступающие под рукавом. Взгляд цепкий и горит решительностью.

Я ему верю. Верю, что он будет очень внимателен, я же видела, как он заботился о нём во время поездки. Он всё отдаст за Ричарда. Силу же отдал.

— Хорошо. Идём к сыну, я сама одену его для прогулки, чтобы не продуло — ветер сегодня сильный.

Я обгоняю Данмара и тороплюсь вперёд.

— Спасибо, что так трепетно заботишься о мальчике, — неожиданно глухо произносит генерал. Голос его низко вибрирует, как будто ему нелегко говорить.

— А как иначе? Он мой сын, — отвечаю.

— О других моих детях ты так не заботилась.

— О каких других? — шепчу я, замирая.

По нутру проносится щемящее болезненное чувство, вспоминаю два своих выкидыша, по которым горько плакала.

Мы останавливаемся друг напротив друга. Данмар — ниже на ступень, и мы почти одного роста. Наши лица освещены тусклым светом, но я очень хорошо вижу, как блестят у генерала глаза. Сколько там отчаяния и затаённой боли.

— О каких других? — повторяю шепотом.

Откуда он знает?

— Тех, от которых ты избавлялась, Катя, — отвечает Данмар, сжимая челюсти. — Двоих.

— Кто тебе сказал? — шепчу я.

Сердце замирает, охваченное тугой свинцовой болью. Глаза режет от подступающих слёз. Я сжимаю переносицу, чтобы не расплакаться перед жестоким генералом. Слишком горестно я оплакивала своих детей, хоть им и было всего по несколько недель и ещё ничего не сформировалось, но любовь моя к ним была глубокой, материнской, потому что я любила их отца. И Данмар не имеет никакого права меня попрекать, что я их не сохранила! Я пыталась!

— Ты даже не отрицаешь, — зло шипит генерал.

— Да, у меня было два выкидыша, — я давлю спазм в горле и вскидываю голову. По телу пробегает дрожь. — Я так и знала, что ты будешь обвинять меня, что не удалось сохранить.

Лицо генерала меняется, глаза превращаются в два чёрных омута. Губы подёргиваются. Никогда не видела, чтобы он так реагировал.

— Что ты говоришь? Не удалось сохранить? Ты принимала эликсиры, чтобы скидывать!

— Что за чушь, какие эликсиры⁈ — кричу я. — Кто тебе сказал⁈

На лице Данмара сильнее разгорается недоумение. Он хмурится, трёт лоб.

— Кто тебе это сказал⁈ — повторяю громко.

— Король Эльберт. И твоя целительница Анна подтвердила, — хрипит Данмар, перекатывая желваками.

— Король Эльберт… Эликсиры… — я задумчиво кусаю губы. — Точно! А я и не догадывалась, что меня могли опаивать, чтобы не беременела. Ведь тогда моя магия была недостаточно сильна, чтобы заметить вмешательства. Мы совсем не предохранялись — и всего две беременности, — пронзаю генерала взглядом. — А ты не думаешь, что твой король к этому причастен? Господи! Какой ужас!