Книга После Развода. Наследник для дракона, страница 30 – Зена Тирс

— О, боже, ты это от меня прятал⁈

— Это Рагнир ранил меня, — говорит Элай, расстёгивая передо мной мундир, стягивая рубашку. Открытый, обнажённый — он готов показать мне всё, что я хочу.

Я внимательно гляжу на его тело: генерал стал ещё мощнее, наростил мускулов! Но на нём много новых шрамов, и, рассматривая их, я чувствую, как подступают слёзы. Каждый раз, когда его ранили, — словно ранили меня! Я любила каждую клеточку своего мужа и страшно переживала. И переживаю до сих пор. Видит бог, мне не всё равно, что он пережил за эти годы.

— Перед сражением, в котором я получил ранение это ранение, — Данмар указывает на бок с ужасным шрамом, от которого расползаются чёрные линии на живот и на грудь, — меня ослабили. Демоны провели какой-то дикий ритуал, забрали часть моей силы и, в итоге, я не смог оправиться от ран и оказался при смерти. Отсрочил гибель ценой жизни своего дракона. Но даже это не позволило до конца не исцелиться: чёрная тьма засела внутри и теперь расползается по моему телу.

Данмар рычит, с трудом сдерживается, чтобы не выругаться красноречиво. Он очень зол на демонов, и, кажется, на меня тоже, за то, что опоила его. Но в присутствии женщины генерал никогда не позволял себе бранных слов.

Отмечаю, какой Элай теперь разговорчивый и податливый. Он глядит на меня во все глаза и гладит, трогает. Не может остановиться, хочет меня чувствовать. Хочет меня снова.

А мне так удивительно слышать его продолжительную речь после всех недомолвок. Он же всё теперь мне расскажет — только спрашивай!

Но по спине пробегают колючие мурашки. Ужас! Чёрная тьма демона — она медленно убивает Элая. И спасти его можно только, если убить того, кто его ранил! Или вернуть ему дракона — драконы способны исцелиться от демонических ран! Но дракона Элай может вернуть только… только взяв силу у нашего сына…

Но что вызывает во мне настоящий шок, это то, что из-за чёрной тьмы за Данмаром могут следить! Никто не знает, как точно работает демонова магия, но исключать нельзя и такого.

И я, словно ошпаренная, отстраняюсь от него и прячусь под меховое одеяло. Враждебно оглядываюсь по сторонам.

— Теперь ты поняла теперь, котёнок? — голос генерала вибрирует, как у зверя. Во взгляде бушует шторм. Он борется сам с собой. — Катюша, не мучай меня, дай мне что-то, что перебьёт эликсир правды. Я не могу тебе всё сказать… Р-р-р! И терпеть больше не могу!

Он стискивает зубы, рычит, борется с собой.

— Скорее, котёнок…

По его вискам текут капельки пота. Мышцы напряжены, словно сталь. Очень сложно противостоять каплям, невозможно! Я попросила рассказать его правду, и теперь она рвётся из него.

Данмар прижимает меня собой, снова хочет взять, словно вот его главная правда.

— Я дам тебе эликсир, Элай, но обещай мне две вещи, — шепчу я, упирая ладони в его грудь.

— Обещаю тебе, всё что хочешь, котёнок, — снова жадно целует, подминает меня под себя.

— Обещая, что, придя в себя, не накажешь меня за попытку выяснить правду. И что, расскажешь мне всё, что в твоих силах!

— Хорошо, любимая, я согласен, — шепчет он.

И от слова «любимая» сердце замирает.

Данмар застывает, борясь с собой, и позволяет мне выбраться из-под него.

Я достаю из чемоданчика блокатор, капаю в стакан и протягиваю ему. Он выпивает залпом, а затем вскидывает на меня взгляд.