Книга Цвет Драконьей луны, страница 43 – Ксения Анвиль

Несколько долгих мгновений Арс просто наблюдал, как символ под её кожей меркнет, словно угасающий уголёк. А затем он покинул очерченные пределы и медленно подошел к Клэр.

Ведьма шипела и рвалась, сжимая кулаки и вскидывая свои русые волосы, впитавшие запах свечного воска и лаванды с её постели. Так близко. Арсу казалось, она переливается, как крылья стрекозы на солнце. Стрекоза, пойманная в паучьи сети. Он подошел ближе, так близко, что мог чувствовать ее шумное дыхание, обжигавшее его подбородок.

— Остановись, прошу тебя, — сказал Арс и провёл ладонью по её волосам в надежде успокоить взбешённую ведьму, — чем больше дёргаешься, тем больнее.

— Тогда пусти! — шипела она.

— Не могу. Ты должна понять, что служить Ноктис не значит стать непобедимой.

— Я сама разберусь, что мне делать.

— Не разберешься. Я видел, что становится с теми, кто посвящает ей свою жизнь. И я не готов это допустить.

— Да с какой стати каждый считает возможным указывать, какой путь мне выбрать? До сих пор не случилось ничего плохого. Я крепче, чем вам всем кажется.

— Пока да. Но никто не знает, в какой момент сила обернется против тебя. Это по картам не предскажешь. Откажись от культа, пока не стало слишком поздно. Прошу тебя…

— Боишься, что я стану безумной? Но даже если и так, какое тебе до этого дело?

Арс смотрел в её глаза, но не встретил ничего, кроме леденящего холода, подобного бесстрастному свету освещавшей их луны. Клэр перестала дёргать путы и просто ждала, когда всё закончится. Оставалась глуха.

— Не понимаешь… — прошептал он с сожалением. — Хорошо. Я не могу забрать твоё право выбирать. Но и позволить тебе губить себя я тоже не в силах, прости.

Клэр упрямо сохраняла молчание. Склонившись к её виску, он вдохнул исходивший от её волос аромат – возможно, в первый и последний раз – и прижался губами к разгорячённой коже. Клэр вздрогнула от этого неожиданного прикосновения и посмотрела Арсу в глаза.

— Можешь меня ненавидеть. Но я буду рядом, что бы ни случилось, — вздохнул он.

И паутина лент, сплетённая колдуном, рассыпалась, плотоядно поглощённая вспышкой огня. Арс быстро отстранился от ведьмы и растворился в тени сокрывшей его чащобы, словно его поглотила сама ночь. Он продирался сквозь лес, недавно наполнявший его разум волнующими картинами. Но сейчас перед его мысленным взором то и дело всплывали лишённые рассудка материнские глаза и её цепкие узловатые пальцы. Древесная глушь, разгоняемая только едва слышным уханьем, хищно чернела, требуя больших жертв, чем бьющееся в агонии сердце. Хваткие ветви царапали его лицо, но он не замечал этого. Он думал о Клэр, не зная, что она так и осталась стоять, точно пригвожденная, у края поляны, сотрясаясь от гнева и рыданий. Ему чудился запах воска и лаванды.

Та давняя история насчитывает вот уже четыре века. Правитель недавно образованного государства Вентьерен, Аделáрд Вентьерен Второй, мирно правил своим многоликим народом, что расселился от гор Геальпáны на востоке до каменной гряды Рондáрны на западе. Впервые за множество лет под его началом простые крестьяне, уставшие от поборов и гнёта знати, сосуществовали в хрупком покое с представителями власти и придворной верхушки.

Однако растущая мощь некогда раздробленного и прожигаемого пожарами восстаний королевства тревожила соседей Вентьерена. Границы все чаще нарушались, подвергая жителей окраинных земель смертельной опасности. Последствия этих нападений не оставили короля Аделарда Второго безучастным. Стремясь защитить свой народ, он принялся стремительно наращивать мощь своей регулярной армии. Но новорожденные войска, состоящие преимущественно из ещё юных и плохо обученных воинов, не могли обеспечить надёжной защиты против воинственного супостата. Тогда король собрал придворных магов во главе с верховным колдуном И́весом Медвежьей Лапой на аудиенцию, прозванную позднее Медвежьим Капканом. И приказал король, обращаясь к тем, кто владел тайными знаниями, найти способ сохранить мир своего государства. Ему нужно было средство подавить силы противника, и сделать это быстро и, если того потребует нужда, жестоко – в назидание другим.