Книга Цвет Драконьей луны, страница 135 – Ксения Анвиль

Всё удалось. Пятно крови растекалось вокруг, источая запах гнили, смешанный с амброй. Стеклянные глаза в прорезях шлема были неподвижны. Цихомбу отомщен. Отомщен.

Скручивающая живот резь. Тина прижала ладонь к расползающейся от короткого клинка ране. Липкая, горячая. Яркая, как сок граната. Жнец пронзил её до своего последнего вздоха, если он вообще когда-нибудь дышал, а она даже не заметила, ослеплённая яростью. Перед глазами омерзительно поплыло, тошнота подкатила к горлу. Она со стоном потянула за рукоять, зажмурившись, прокусила губу до крови, проглотив крик. Острие вышло из плоти. Тина повалилась на землю рядом со стремительно распадающимся трупом своего убийцы. Убийцы её дракона. Надвигающаяся темнота. Она не знала, были ли это клубы дыма, грозовые тучи или приближение смерти. Сладковато-землистый аромат. И холодно, так холодно – то ли от почвы, то ли ускользающего из тяжелевших конечностей тепла.

«Разве сейчас не лето?..» — медленно проплыла единственная мысль перед тем, как она сомкнула веки в последний раз.

Клэр зажимала рот рукой, глядя на побледневшую подругу. Она не успела. Не успела её спасти. Слёзы капали, разбиваясь об осунувшееся лицо Тины.

«Она столько для меня сделала, а я ничего не смогла», — Клэр взрывала ногтями землю, не замечая ничего вокруг. Казалось, что у потерь должен был существовать некий предел. Что самое страшное уже случилось, лимит боли исчерпан. Но это была огромная ошибка. Потерять подругу – нет, сестру – было тем, к чему ни одна частичка её души не была готова.

«Если я сейчас остановлюсь… Она погибла зря».

«Шиайха» — позвала Клэр, и через минуту он уже оказался рядом, вырвавшись из пыла сражения.

— Бедная девочка, — прошипел он, глядя на Тину и лежащий подле её руки клинок жнеца.

— Мы должны отомстить… За неё. Иначе я никогда себя не прощу.

— У тебя есть план? — дракон пристально и серьёзно взглянул на ведьму, полностью готовый ко всему, что бы та ни сказала.

— Скорее порыв. Но ты знаешь, что так у меня получается лучше.

Мрачное грозовое небо грохотало, поглощая все прочие звуки: звериный рёв, крики боли и ярости, взрывы заклятий, звон оружия. Плотная стена дождя и клубы дыма непроглядной завесой скрывали всё, что происходило на поле боя, кишащем хаосом, подобно сметающему всё на своем пути катаклизму. Это и был он: непримиримые силы безжалостной тёмной стихии стремились смести всё, что им встретится. Багровые пламенные отблески, вырывающиеся из земли каменистые барьеры, сияющие вспышки и ледяные щиты по одну сторону. Чудовища, скрывающие омертвевшие лица, гигантские когтистые лапы, жадные челюсти, блестящие лезвия серпов, тысячи мельтешащих членистоногих — по другую. Кровь и плоть, смешиваемые с сырой землёй. Драконы стремительно рассекали крыльями воздух, нанося удар за ударом, и пламенные всполохи разрезали сумрачную темноту, как нож тонкий полог.

Противнику не требовались ни координация, ни сплочённость. Мортамеры наплывали бурным течением, что приносило всё новые жертвы. Цветок разрушения расплывался кровавыми следами под вздохи насыщающейся смерти. Лишь пятеро всадников в сияющих латах оставались бесстрастны в этом безумии, наблюдая за происходящим издалека, чтобы лишь время от времени повлиять на баланс сил. Но этого было достаточно. Они были точны и безжалостны, не позволяя приблизиться к себе. Слишком большие, слишком мощные тела драконов были легкой мишенью для их убийственных стрел.