Книга Кухарка на задании, страница 38 – Инна Комарова

— Сию минуту, барин, бегу, – ответила девушка и скрылась за дверьми.

Баронесса болела долго и тяжело. Настойчивость и забота Пракшина сделала невозможное. Кроме того, что сами слуги не справились бы. Как назло долго пришлось ожидать приезда доктора, который где-то задержался. Пракшин, попусту не теряя времени, смог на деле применить знания, которые получил на практике в университете. Дело в том, что любознательный студент посещал факультативные занятия по фармакологии. Эти навыки и опыт пригодились ему на практике. К тому же управляющий баронессы в создавшейся ситуации выглядел растерянным и беспомощным. Сыщик не стал дожидаться доктора и всячески

старался помочь Генриетте Арнольдовне. Даже в полузабытьи она чувствовала, как он менял ей компрессы на лбу и, как тихим голосом обращаясь к ней, подносил стакан в серебряном подстаканнике с травяным напитком, спокойно убеждая сделать глоток чая. Баронесса нуждалась в его помощи и присутствии, негласно принимая искреннее участие Осипа Даниловича.

Все в доме стали шёлковыми: беспрекословно выполняли команды сыщика, заботились о баронессе, старались во всём помогать ей. Осип Данилович никому спуска не давал. На удивление доктора слуги безоговорочно слушались Пракшина и при этом относились к нему уважительно. Никто не надувал щёки. Никто не шептался в кухне и подсобных помещениях. Никто даже не судачил и не сплетничал по углам, как это бывало, и не раз в других домах. Напротив, они увидели в его поступках искреннюю заинтересовать в выздоровлении Генриетты Арнольдовны, оценив доброту и душевность совершенно чужого человека. Он очень старался облегчить состояние баронессы. Самое удивительное, что слуги приняли Пракшина безоговорочно, несмотря на то, что сама баронесса никак не показывала своего отношения к сыщику.

Когда спустя время Осип Данилович осторожно, словно на ощупь, стал ухаживать за ГенриеттойАрнольдовной фон Гохкенгольц, он многое узнал об этой женщине. Она раскрылась перед ним, как майская роза на заре под сияющими лучами утреннего солнца.

Позднее в беседе с Пракшиным баронесса расскажет ему о своих впечатлениях от их первой встречи, затем о его поведении у неё дома. Невзирая на нездоровье, Генриетта Арнольдовна чувствовала его дыхание рядом, тихо безынициативно наблюдала за ним, находясь в состоянии сильного жара. Пракшин не смог оставить её в таком состоянии. В ту ночь он задержался в доме больной, опасаясь оставлять ситуацию без своего контроля. Баронесса запомнила и то, как сыщик в ночные часы находился рядом, меняя компрессы. Аккуратно приподнимал ей голову, подносил к губам узкий стакан с травяным напитком и по глоточку поил, приговаривая:

— Вот так, моя дорогая. Умница!

Когда жар спадал, и Генриетта Арнольдовна покрывалась липким холодным потом, Осип Данилович аккуратно, не торопясь промокал платком или полотняной салфеткой её лицо и шею. Незамедлительно звал горничную, и та переодевала баронессу в чистую и сухую исподницу.

Спустя время в разговоре с ним баронесса вспоминала:

— Вы не поверите, Осип Данилович, а ведь точно так же меня обхаживала нянечка в детстве, когда я болела. Тогда я почувствовала в вас то же участие, что и от маменьки и нянюшки.

А рано утром после бессонной ночи вы, Осип Данилович, уезжали на работу, не отдохнувши, и даже не позавтракав. И так продолжалось не менее семи дней. Я всё помню.