Книга Ненастоящая принцесса, страница 81 – Надя Смирнова

Вдруг Елена резко обернулась. В её глазах был ужас, она взмахнула рукой и выбила бокал из рук Софи, даже не попытавшись придать этому хоть какой-то смысл. Раздался звук бьющегося хрусталя, осколки и брызги разлетелись в стороны.

Софи дали ещё один шанс и драгоценное время. Только большим усилием она удержалась от того, чтобы не улыбнуться.

Тея, наконец, прекратила визжать и встретилась взглядом с подругой. Все отлично, спектакль пора заканчивать. Софи перевела взгляд на Марка и мысленно ослабила хватку. По его сосудам вновь свободно побежала кровь, а легкие начали наполняться воздухом. Он пришел в сознание и задышал громко и глубоко. Елена, заливаясь слезами, прижала сына к себе.

Двумя днями позже, возвращаясь домой в закрытой карете, Софи всё ещё терзалась угрызениями совести. Нельзя же вот так применять силу, она же его чуть не убила. Но если бы не этот маленький спектакль, убили бы её! Нет, она не применяла силу во вред, просто чуть напугала, не более. Он же остался здоров, верно?

Как хорошо, что Тея оказалась рядом, как быстро она всё придумала. Софи перевела взгляд на подругу: та сидела и смотрела в окно, улыбаясь своим мыслям, будто и не она совсем недавно помогала душить своего собственного жениха, и уж её совесть совершенно не мучила.

В Нортленде уже второй век подряд правитель выбирался народом путем голосования, а королей и королев не существовало вовсе. Последних из них сожгли на костре за связь с «валеи» - так в Нортленде называли колдунов. Их в этой стране всеми силами истребляли, считая колдовской дар противоестественным, угрожающим существованию всего человечества.

Время шло, и постепенно колдунов запретили сжигать, и, наконец, признали людьми. В последние пятьдесят лет колдуны обрели не бывалую свободу.

Конечно, в стране всё ещё находились некоторые фанатики, заявлявшие об их дьявольском происхождении, но чаще у людей дружба с «валеи» ассоциировалась с достатком и успехом.

Нынешний президент Гроснан не был исключением: с самого начала он сделал ставку на поддержку сильных колдунов из Миэлнии и умело использовал их колдовскую силу. В смутные годы он сделал всё, чтобы они обосновались в Нортленде и чувствовали себя здесь если не как дома, то в полной безопасности. А они, в свою очередь, помогли ему не только стать президентом, но и удерживать эту должность уже восемь лет.

Именно его предстояло принять в королевской деревне Софи. Эта встреча волновала её как из-за поведения старейшин, которые ясно давали понять, что её участие в этой встрече будет лишь формальным, - проигнорировать совсем принцессу они не могли, - так и из-за того, что Елена была с ним не в ладах.

Могла ли она затесать в свиту президента человека, способного изобразить фанатика, готового убить колдовскую принцессу? Такое развитие событий наверняка понравилось бы Елене: она избавилась бы от лишней принцессы и подставила бы самого президента. Вряд ли после такого поступка человека из его свиты кто-то из колдунов захотел бы иметь с ним дело.

Софи пыталась не думать о плохом и решила сосредоточиться на том, как заявить о себе, заставить президента услышать и увидеть её, показать, что она тоже может стать сильным союзником.

Солнечным весенним днем президент прибыл в карете и остановился по ту сторону моста, перекинутого через реку. По обычаю, ему предстояло перейти мост и встретиться с принцессой на стороне деревни. Софи с замирающим сердцем смотрела, как он спускается по ступенькам кареты. Солнце освещало его серьезное лицо. Светлые волосы играли бликами, черный строгий костюм, белая рубашка и такой же ослепительно белый галстук. Он неспеша приближался к ней, слегка прихрамывая на левую ногу.