Книга Ненастоящая принцесса, страница 8 – Надя Смирнова

Двумя часами позже Софи убедилась, что Елена несомненно права: от старейшин надлежит избавиться, и чем скорее, тем лучше.

Она сидела на заседании Совета старейшин в овальном кабинете за большим столом. По сторонам от неё расположились старейшины, по шесть с каждой стороны. Здесь девушка чувствовала себя определённо лишней, ибо все старейшины хорошо знали друг друга, поддерживали и горячо обсуждали плачевное состояние Миэлнии. Граф Буров сидел по правую руку от Софи и задавал тон всему заседанию. Наконец он воскликнул:

— И когда же наши принцессы представят свой план по восстановлению страны старейшинам? – голос графа Бурова, гулкий и холодный, раскатился по овальному залу, цепляясь за стены.

— М-м… в ближайшее время, – пролепетала Софи, стараясь, чтобы её голос звучал достаточно уверенно, будто бы она действительно знает, что делает.

— Народу уже надоело ждать. Страна в руинах, – продолжал Буров, не сводя с неё взгляда. – Каждый день промедления играет на руку нашим врагам.

— Мы… мы хотим сначала… обсудить некоторые моменты, – попыталась вставить Софи.

Но граф перебил её — спокойно, почти вежливо, но с явным намерением прижать:

— Вы ведь хотите процветания для народа, правда?

Софи неуверенно кивнула. Совет старейшин изначально должен был помогать в управлении страной, но сейчас всё выглядело иначе. Правила изменились. И Буров хотел напомнить, кто здесь настоящий игрок.

— Тогда доверьтесь нам, – продолжил он, сводя руки на столе, – дайте Совету полномочия. Чтобы мы могли действовать быстро и решительно. Пока ещё не поздно.

— Мне бы хотелось, чтобы традиции остались нерушимы, – сказала Софи сдержанно, – Даже в трудные времена мы должны помнить, кто мы и откуда…

— Вам следует не только помнить, Ваше Высочество, – перебил он уже без всякого намёка на мягкость, – но и начать действовать.

Софи робко кивнула. Что ж, пока она сама во всем не разберется, лучше будет, если они будут принимать её за наивную, неуверенную в себе девушку. Во всяком случае, так хотели её родители, а уж отец точно знал все правила игры; не спроста он старался держаться от двора как можно дальше.

Она будет такой, какой её хотят видеть все. Пешкой, на которую можно не обращать внимания, а после, когда дойдет до края доски, она покажет им всем. Главное — дойти до края доски.

Всё заседание прошло в том же духе. Старейшины вопрошали и обвиняли её, принцессу, во всех бедах, а она лишь робко кивала и прикусывала щёку изнутри, чтобы не сказать чего-то лишнего в ответ.

После заседания встречи с министрами следовали одна за другой, и каждая, казалось, тянулась дольше предыдущей. Каждый министр долго и в красках описывал состояние своей отрасли и говорил о необходимости восстановить именно её в первую очередь. Софи лишь вежливо кивала и говорила одно и тоже: «Я приму во внимание всё сказанное при распределении бюджета».

Как странно, в последние три месяца её усердно готовили к тому, что она станет одной из принцесс Миэлнии. Учили этикету, придворным танцам, светской беседе, но никто не учил её управлять страной. Конечно, Елена этого и не планировала никогда на самом деле; обе принцессы должны были во всём советоваться с ней, а старейшины и министры так рьяно наседали, желая активно влиять на сознание принцесс или даже получить право на самостоятельное принятие решений.