Книга Ненастоящая принцесса, страница 239 – Надя Смирнова

— Но Великая Магия?

— А существует ли она вообще? Я здесь уже почти три месяца и магии не видела, — её улыбка стала шире, — возможно, её нет, и следует интерпретировать всё, как нам вздумается. Яндерна сюда я уже привезла и скоро мы сами сможем явить Великую Магию.

С этими словами она открыла стеклянные двери на балкон и вышла. Граф Орлеанский остался стоять на своем месте. Софи занервничала ещё сильнее, она поняла, что сейчас сделает королева: обратится к солдатам, оставшимся слугам с речью и представит всё в лучшем свете для себя. Ей ли, Софи, не знать, насколько суеверны здесь все и любое действие воспринимают за знак. Если они протянут чуть дольше, то Елена завладеет преимуществом, и их появление будет просто наглым вторжением, не более. Нет, тянуть нельзя, действовать надо сейчас, и будь что будет.

Королева уже начала говорить, и её приторно-сладкий голосок, усиленный магией, разливался по всей Королевской деревне. Перед дворцом уже собирались люди. Софи сделала глубокий вдох и шагнула вперёд – на балкон, покинув спасительную дымку. Она щурилась на ярком солнце и неясно видела полсотни лиц военных и слуг, которые разом произнесли: «Ах», увидев появившуюся словно по волшебству королеву в белоснежном наряде и переливающейся на солнце короне. Девушка повернула голову и посмотрела на Елену. Ещё с минуту на лице той было торжествующее выражение. Она не сразу догадалась, что возглас был не от того, что собравшиеся поражены её словами. Королева Палиры медленно повернула голову и посмотрела туда, где стояла Софи. Она легонько вздрогнула, но, к удивлению последней, не потеряла самообладания, не закричала и не постаралась скрыться.

— Ты пришла к нам отметить нашу общую победу? — любезно спросила королева Палиры.

Софи лишь покачала головой:

— Нет, — она попыталась совладать с волнением и говорить уверенно, гордо вскинув голову, — я пришла выгнать тебя. Ты за гостила.

— Вот как, — улыбка Елены стала маской. Она обернулась на оставшегося в зале графа Орлеанского. Он не решался действовать без приказа. — Заходи внутрь, мы попрощаемся с тобой подобающим образом.

Софи не двинулась с места, она посмотрела на Елену сверху вниз, а затем перевела взгляд на людей, собравшихся под балконом в саду. Их становилось все больше и больше: слуги, садовники и иной простой люд, оставшийся в деревне. Все они, раскрыв рты, смотрели на чудо – появившегося из ниоткуда ангела в белом платье и короне их королевства на голове, и, конечно, солдаты Елены, сжимавшие ружья в ожидании приказа.

— Я королева Миэлнии София, во мне течёт кровь великой Мирославы, — она пыталась говорить громко, со всем величием, на которое была способна, — и я призываю Великую Магию своей страны, чтобы изгнать узурпатора.

Елена рассмеялась каким-то истерическим смехом:

— Ты призываешь? Ты и колдовать-то не умеешь, королева волшебной страны, не умеющая колдовать! Не то что призывать Великую Магию, ты даже волшебством платок поднять не сможешь, — она выпрямила руку и кинула свой платок вниз. Софи лишь проводила его глазами, не пытаясь поднять. — Идем внутрь или… — она обернулась к солдатам внизу, — Целься!

Услышав приказ, к огорчению Софи, почти все солдаты вскинули ружья. Одно слово Елены, и они спустят курки. Но она осталась стоять на месте, величественно смотря на людей так, будто являлась не испуганной девушкой, а настоящей королевой. Платок, наконец подхваченный магией, замедлил свое падение, а после начал подниматься.