Онлайн книга «Ненастоящая принцесса»
|
Но вот опять отражения дернулись, будто кто-то покачал зеркала. Неужели граф этого не видит? Или притворяется, что не замечает? Софи стало не по себе, и она встала. — Мне кажется, лучше продолжить в другом месте... — Не думаю... — заговорил граф, и тут Софи услышала ещё чей-то голос. Голос становился громче и четче и был очень похож на голос графа. Зеркала подернулись рябью, будто водная гладь от легкого ветерка, и Софи сделала несколько шагов к ближайшему. Граф схватил её за локоть: — Что ты делаешь? — Софи откинула его руку. Другой голос говорил всё громче: — Послушай меня... Я всё придумал... — Нет, это единственный выход, — отвечала женщина, и в её голосе слышались истеричные нотки. — Я знаю... всё кончено... спасенья нет... — Нет, есть, послушай... Рябь в зеркале стала сильнее, а отражение совсем размытым; повинуясь невидимой силе, Софи сделала ещё один шаг и прошла сквозь него. Комната, казалось, ничуть не изменилась — те же зеркала, тот же фонтан, и граф тоже был в ней, только значительно моложе, с меньшим числом седых волос и морщин. Разговаривал он так же с женщиной, и Софи сразу поняла, кто это, хотя видела её лишь на портретах. Королева Елизавета сидела прямо на полу, утопая в многочисленных юбках своего траурного платья. Лицо раскраснелось и опухло от бесконечных слёз, а волосы растрепались от того, что она бесконтрольно дёргала их дрожащими руками. — Они убьют и меня, и Настю... Софи казалось, что она приросла к месту и никем незамеченная наблюдала за странной парой, но видела их совершенно отчётливо, так как до этого видела постаревшего графа. — Успокойся, Лиза, прошу тебя. Успокойся и послушай... — Не хочу ничего слышать. Мне никто не поможет!.. Даже ты, — женщина уронила лицо в руки и всхлипнула. Граф вздохнул и облизал губы, ожидая, пока королева немного успокоится. Он подошел ближе и присел на корточки, его голос стал мягким: — Не плачь, сейчас не время, — он попытался убрать её руки от лица, — послушай меня... Но женщина не слушала, она выдернула кисти и всем телом повалилась на пол, застучав по нему кулаками: — Убьют! Убьют! Убьют дочь, как убили сына! — Филиппа больше нет, он не сможет убить Настю, как убил Андре, — граф говорил мягко, будто с ребенком... Женщина подняла лицо и покачала головой: — Но те, с кем он заключил сделку, смогут, они подобрались слишком близко и заполнили всё! — и снова упала, рыдая. Граф вздохнул: — Сядь и послушай. Женщина не реагировала, и граф, казалось, собирался с силами. Его голос стал властным и повелительным (таким, каким привыкла его слышать Софи): — Я сказал: встань и послушай! — а затем схватил королеву за руки, приподнял и сильно встряхнул. — Сядь в кресло, — процедил он. Женщина негромко икнула, но, кажется, действия и слова графа возымели силу, и она немного успокоилась. Никакого величия, которому Софи завидовала, глядя на её портреты, в ней сейчас не было. Королева достала кружевной платочек и громко высморкалась, затем сжала его в руке и умоляюще посмотрела на графа. — Так-то лучше, — пробормотал он. — Лёня, обещай... обещай мне, что сделаешь всё... всё, чтобы спасти дочь. Граф раздраженно закатил глаза: — Я тебе это уже обещал... Ты готова меня слушать? Женщина снова высморкалась, а затем кивнула. |