Книга Ненастоящая принцесса, страница 113 – Надя Смирнова

Фантазия отступила, и к Софи пришла решимость. Она решила сделать то единственное, что могла сейчас — немного спутать карты и напугать противника. Она села на кровати, сложила руки и представила Великие Книги во всех подробностях — священная книга с историей страны и книга заклинаний оказались у неё в руках. Она опустила их на кровать и пролистала, не надеясь найти в них ничего стоящего. Её взгляд остановился на изображении девушки с развивающимися русыми волосами, простирающей руки к людям, бегущим к ней, а за ней — вход в пещеру. Помнится, когда-то Софи собиралась прочесть эту главу. У неё ещё вся ночь вперёди, не будет ничего плохого, если она прочтёт её сейчас.

* * *

В землях Миэлнии, где древние леса шептали тайны предков, колдуны обрели свободу. Здесь их не гнали, не истребляли, а поддерживали, даруя возможность раскрыть свой дар, а не прятать его, как в иных краях. Колдунов почитали, и число их росло, а государство крепло, становясь сильным и независимым. Но не всем это было по нраву.

Северяне из Нортленда, яростные враги всего неизведанного, часто нападали на приграничные земли Миэлнии, жаждая истребить всех, кто обладал колдовской силой. Они не могли смириться с вольностью колдунов, считая их дар противоестественным, оскорблением Матери Природы.

Настали времена тьмы. Правитель северных земель, уставший терпеть ересь у своих границ, собрал великое войско, чтобы истребить неугодных во имя Матери Природы. Узнав о сём, великие королевы Мирослава и Элайза, а также их супруги, решили показать северянам всю мощь колдовства.

Королева Мирослава вышла в поле, где ветер шептал древние тайны. Взяла она прядь своих волос, прошептала заклятие, и серп её сверкнул, как молния. Закрыв очи, произнесла она слова спасения, разжала кулак — и волосы, словно птицы, взмыли в небо, рассыпавшись по всей Миэлнии. Где касались они земли, там открывались врата в пещеры, сокрытые от глаз простых людей.

И возвестила Мирослава: «Кто жизнь свою бережёт, пусть спустится в Печору (так нарекла она своё творение) и найдёт там кров, тепло и хлеб насущный». Люди послушались и обрели в пещерах приют, где тьма была светлее дня.

Пришли Северяне, войско их — как туча грозовая. Ходили по пустым городам и сёлам, но ни души не встретили. Грабежи их сменились страхом, ибо неведомо было, куда скрылись колдуны и ведуньи.

Правитель Северян клятву дал: кто разгадает тайну, тому подарит титул и земли.

Искали колдунов воеводы, искали ратники, и нашли. Привели к князю девочку семи зим от роду, заковав в железо и посадив в клеть, ибо страшились, что дитя сие — порождение нечистой силы. Плакала девочка, молила о пощаде, и князь, лукавством исполненный, обещал ей волю, коль укажет, где скрываются колдуны. Согласилась малютка, лишь бы сняли оковы с ручек тонких.

Князь слово сдержал: цепи с запястий и щиколоток пали, но сам он крепко держал дитя за волосы, черные, как смоль, не внемля слезам и мольбам. Указала девочка путь к пещере, где вход таился, и поведала, как войти.

Князь улыбнулся:

— Добрая ты девочка, свободу тебе дарю. Но дабы чистой стать, очиститься надлежит от скверны, что в тебе гнездится. Огонь очистит, и будешь вольной.

И привязали малютку к столбу, обложили сухими еловыми ветвями. Князь факел в руку взял, в глаза девочки, чуть раскосые, взглянул — и пламя опустил. Вспыхнули ветви, взвился огонь, а крик её звенел, как колокол в ночи.