Книга Последняя Надежда мира Тауори, страница 84 – Тамара Шейн

— Так это он отправил тебя в рабство? – после долгой паузы, наконец, спросила Хоуп.

— Да, но я не виню его в этом, – тихо признался я.

— Прости, Хоуп, я недостоин твоей любви и больше никогда тебя не потревожу. Но позволь мне хотя бы издали наблюдать за тобой. Ты навсегда в моем сердце и…

— Боже, Кир, о чем ты говоришь? Куда ты собрался? Я никуда тебя не отпущу, – и сама бросилась ко мне шею, принимаясь, покрывать мое лицо поцелуями.

Неужели она прощает меня, но ведь никто… хотя о чем это я, ведь Хоуп самая добрая душа этого мира. И я поцеловал ее в ответ, вкладывая в него всю свою любовь и обожание этой необыкновенной девушкой. Уже снимая рукав с ее платья, и покрывая поцелуями ее хрупкое плечико, я собирался продолжить, но был остановлен.

— Позже Кир, сейчас мне надо навестить детей. Ты же знаешь, я всегда рассказываю им сказки на ночь.

— Хорошо, милая и… спасибо, что простила меня.

— Тут нечего было прощать. Да, ты совершил ошибку, но ты слишком дорого заплатил за нее.

— Но, Хоуп, я…

— Нет, Кир. Разве это ты убил посланницу? Нет. Ты стал жертвой в этой истории, как и многие другие, – возможно, она права. – И кстати, Алан ничего мне рассказывал.

— Но как ты…

— Как узнала? – заулыбалась она. – Ты такой невнимательный мой эльф, я лишь намекала тебе, но все выводы ты сделал сам.

— Я не ожидал этого, но рад, что во всем признался сам, – с облегчением понял я.

— Разве во всем? Ты еще не рассказал мне про свое настоящее имя, но давай оставим эту историю на сегодняшнюю ночь, – рассмеявшись, сказала она, а я лишь молча кивнул, провожая ее удаляющуюся фигуру взглядом.

Тай

Опять девчонка рассказывает им сказки. Думает, своими волшебными историями успокоит их ночные кошмары. Наивная, такое не забывается, я уж точно знаю, хотя и не был рабстве достаточно долго. А все благодаря моей матери, если бы не она я бы вообще сюда не попал.

— О, Тай, не ожидала тебя здесь увидеть, – сказала посланница, выходя из комнаты детей. Да она даже не переоделась, так и ходит в этом платье. Рассказал ли ей что-нибудь Алан? По ней ничего незаметно.

— А я вот как раз, наоборот. Не понимаю, к чему все эти сказки?

— Потому что ты бесчувственный придурок. Это же дети, они заслуживают доброту и любовь, а сказки помогают им отвлечься от тяжелого прошлого.

— Не говори глупостей, посланница.

— Глупостей? А разве ты не искал внимания своей матери, ее любви и заботы или ты всегда был занозой в заднице?

— Да что ты можешь знать о моей матери и вообще о моей жизни? – взорвался я.

Но девчонка никак не отреагировала на взрыв моей ярости и даже не содрогнулась. А лишь еще ближе подошла ко мне, обволакивая меня своим удивительным ароматом, и прошептала мне на ухо:

— Я знаю всё.

Невозможно! Но заглянув в ее глаза, я убедился в этом. Алан ей рассказал.

— Для тебя было бы проще, Хоуп, чтобы ты никогда об этом не узнала, – бросил я и ушел.

Хоуп

С того разговора с Таем прошли сутки, но мы с ним так и не обмолвился ни словом. Ночью Кир поведал мне свою историю, и оказалось, что он происходит из аристократии эльфов. Его полное имя Кириан Ан Лантриэль – младший сын Мифостоса Ан Лантриэля, одного из, что-то вроде, князей эльфов. Слишком уж все сложно у этих эльфов.

Сегодня к нам пришёл Алан, чтобы навестить Робина. Заходя в поместье, он был сильно напряжен, но встретив Кира, лишь махнул ему головой приветствуя, не устраивал никаких сцен. Алан рассказал, что произошло с мальчиком, и из-за чего он так расстроился. Оказалось, малыш слышал разговор того вампира с другими, где они смеялись над ним и унижали, поэтому и прибежал весь в слезах. Они считали его недостойным внимания самого Повелителя, но Алан уже позаботился о них, как он сказал, и объяснил другим, что отныне Робин его друг. Но тут, когда малыш услышал, что сам Повелитель считает его другом, началось нечто невообразимое. Я еще не видела, чтобы Робин излучал столько любви, даже ко мне. И чтобы не мешать этим двоим, я их оставила одних.