Книга Задира в академии космодесанта, страница 77 – Вера Ланс

Я опять устраиваюсь у него на плече. Аккуратно веду пальцами по его груди.

Он всегда такой наглый, такой самоуверенный, но я помню его в библиотеке. Там, где он показывал труды своих родственников-учёных. Раз уж у нас ночь откровений, хочу узнать о нём больше.

Тогда в его взгляде я прочитала кое-что новое. Настоящие его чувства. Наверное, у него с семьёй тоже не всё так гладко, как у меня.

— Джаред, — зову я его. — Расскажи мне о себе. О своих родителях.

Он усмехается, но в этой усмешке нет привычной насмешки. Скорее какая-то горечь. Я даже замираю от удивления. Что там не так-то?

— Я всегда был надеждой семьи, — говорит Вальтерра. — Отец — учёный и успешный бизнесмен. У него крупнейшая компания, занимающаяся кибербезопасностью. Моя мать когда-то работала на отца, а потом у них всё закрутилось, завертелось. Ну и получился я, как результат этого всего. Они ждут, что я продолжу их дело, стану наследником, который возьмёт империю в свои руки. Но я… пошёл в десантники.

Джаред замолкает. Глубоко вздыхает. И его грудь поднимается под моей ладонью и мягко оседает. Я поднимаю на него глаза.

— Иногда мне кажется, что я их подвёл, — добавляет он тише. — Что я не оправдал их ожиданий.

— Джаред…

— Я просто хотел быть собой, — он смотрит в потолок. — Не тем, кого они хотят видеть. А тем, кем я хочу быть. Но ощущение, что я недотягиваю, не проходит. Даже сейчас.

Я сажусь, глядя на него сверху вниз.

— Ты лучший, — заверяю я его. — Ты невероятный, наглый, самоуверенный, иногда невыносимый. Но ты — самый лучший. Ты верил в меня, когда никто не верил. Ты был рядом всё это время, несмотря на все сплетни, что ходили вокруг меня. И ты — лучшее, что случилось со мной.

Я наклоняюсь и целую его. Медленно, нежно, вкладывая в этот поцелуй все свои чувства. А они сейчас так переполняют меня, рвутся наружу. Не знаю, как показать ему, насколько он шикарный парень.

Я и не думала, что у него внутри может сидеть такая боль. Все мы дети своих родителей. И хотим мы этого или нет, но то, в какой семье родились, как строилось общение с мамой и папой — многое заложило в нас. В том числе и обесценивание, в том числе и желание оправдать их планы на нас.

К счастью, с мамой у меня как раз-таки были хорошие отношения. Она заботилась обо мне, всегда была рядом. Единственная её ложь — это про отца. Так и не знаю, как она вообще могла пересечься с генералом…

Джаред отвечает на мой поцелуй, обхватывает меня за талию и устраивает на себе. Перехватывает инициативу и целует уже жарче, глубже, распаляя нас обоих. Его руки гладят меня, сжимают.

— Ты тоже лучшая, — шепчет он. — Самая дикая, самая прекрасная, самая невыносимая.

— Невыносимая?

— Да. Но я хочу быть с тобой. Всегда. А теперь… потанцуй снова со мной. Только в этот раз ты ведёшь.

Он усмехается и смотрит на меня с восхищением во взгляде. Приподнимает и опускает на себя. И я начинаю танцевать. Сначала медленно раскачиваясь бёдрами, потом всё быстрее и быстрее, задыхаясь от удовольствия и сладости во всём теле.

Вальтерра позволяет в этот раз мне самой выбирать темп. Он только ласкает грудь, приподнимается. Целует меня в шею, в губы. А я продолжаю вести нас обоих к желанной разрядке.

— Ты потрясающая, Вика. Самая-самая… — жарко шепчет Джаред.