Книга Брошенная невеста дракона, страница 139 – София Руд

Мои веки тяжелеют с каждой секундой. Сил держать их открытыми почти нет. Слезы снова и снова накатывают на глаза. Я пытаюсь разглядеть, что творится в каменном зале, но это непросто. Ибо место, где я нахожусь, похоже на небо, в котором есть несколько дверей: восемь, как и зеркал в зале.

Были бы у меня силы пошевелиться, я призвала бы Силах, превратила его в канат с крюком и кинула сквозь эту «дверь», чтобы зацепиться и выбраться, но путы слишком тугие. Поэтому ничего не остается, кроме как смотреть. Смотреть и молиться.

Огромный мрачный зал наполняется вспышками, там идет страшный бой. Все гремит, куски камней разлетаются повсюду. Яркий синий луч вырывается из рук ректора и устремляется к человеку в черном кожаном одеянии.

Серые волосы, молодое лицо. Наставник Гарей? Да, это, несомненно, он. И он на стороне тех, кто пришел помешать ритуалу. А рядом с ним — девчонка, точная копия той, что заключена в зеркале со мной. Мне уже мерещится или все действительно так?

Гарей и брюнетка успевают увернуться, и заклинание врезается в стену позади них, оставляя дымный след. Кай направляет мечевидный Силах в сторону ректора, и с острия срывается самая настоящая молния.

Один из магов-староверов падает, сраженный выстрелом. Его мантия вспыхивает ярким пламенем, и он исчезает в облаке дыма. Другой маг в мантии отвечает мощным заклинанием, отбрасывая сразу нескольких нападающих к стене.

Бой становится ожесточенным, сил «спасителей» недостаточно. Они кричат о каком-то подкреплении, но никто не приходит. Голова кружится все сильнее, перед глазами начинает плыть. Звуки битвы доносятся словно издалека, приглушенные и искаженные, но следующую фразу я слышу четко.

— Бейте зеркала! Не дайте Бездне открыться! — раздается четкий голос наставника Гарея.

И в следующую секунду до слуха доносится звон битого стекла.

Одна дверь, ведущая из зазеркалья в реальный мир, исчезает. Затем исчезает вторая, третья… От мысли, что мы навсегда останемся тут без шанса на спасение, меня охватывает паника, но нарастающее забвение не позволяет ни пошевелиться, ни крикнуть. О боги! Ужас! Сейчас разобьют последнее зеркало… мое.

— Не смей! Их надо вытащить! — пронзает слух настоящий рык, а затем слышится звон металла вместо звона стекла.

Я прилагаю неимоверное усилие, чтобы разглядеть спину того, кто оказался у входа в зазеркалье, не позволив Каю разбить последнее зеркало. Силуэт расплывается, но я различаю белую рубашку и взлохмаченные черные волосы. Это ни о чем не говорит, но сердце уверено: последнее зеркало защитил Дэзар.

— Ты что творишь?! — рычит Гарей. Силахом, обращенным в искрящийся молниями меч, он пытается вынудить Дьемара отойти.

Но тот и не думает уступать.

— Разобьешь зеркало, и они навсегда останутся там! Я их вытащу, Гарей! — рычит Дэзар, наставляя меч на Кая.

Наставник приходит в дикую ярость.

— Готов так рисковать из-за девчонки?!

— Ради жизней и справедливости, Гарей! Время еще есть! Не хочешь помогать, так хотя бы не мешай! — рычит Дэз.

Кажется, Гарей с удовольствием бы его убил, если бы не необходимость сражаться с врагом.

— Гоблины тебя дери, Дьемар! У нас не больше десяти минут! — снова рычит он и кидается в бой.

А Дэзар оборачивается ко мне. Чего только стоит его взгляд, когда Дьемар находит меня связанной, обездвиженной, обессиленной. В его синих глазах ярость, решимость и… страх. Но боится он вовсе не за себя. За нас, пленников? За меня?