Книга Замуж за первого поперечного, страница 33 – Ида Шторм

Я пока не знала, что из себя представляет убежище зверолюдов — большую пещеру или десяток хижин. Но догадывалась, что неспроста оно находилось за этими самыми болотами. Достаточно далеко, чтобы ядовитые испарения не доставали, и в то же время достаточно близко, чтобы они стали естественной преградой на пути охотников и любых других незваных гостей.

В конце очередного привала ко мне подошел лохмач Рант, похожий на не до конца обратившегося волка, который, впрочем, нравился мне куда больше франта Вальтара, и неловко сунул в руки трубочку из скрученного листа лопуха. Я думала, там еда, но Ран сказал:

— Пока не открывай, чтоб ткань не выдохлась. Это для болот. Как только увидишь голубые огни, разверни и надень повязку на лицо. Дыши только через нее и старайся делать это пореже.

Я принюхалась: пахло душистыми травами.

— Что-то вроде противоядия, — шаркнув ногой по мху и проделав в нем темную дорожку, сообщил Рант и отправился раздавать такие же повязки остальным наездникам. Волки же получили какие-то крупные, с ранетку, зеленые пилюли.

И вот, наконец, мы на болотах. Деревья здесь были тонкие, белоствольные, и казались почти призрачными издалека. Туман сделался реже, видны были блестящие в закате лужицы воды и зеленые островки кочек между ними.

Волки замедлились, осторожно выбирая путь, и я, выгадывая время, когда Люна не делала прыжок, засуетилась с повязкой.

— Пока рано, — сухо сказал мне Деларион, осунувшийся и побледневший после долгой тряски. — Испарения идут не от самих болот, а от ядовитых цветов, которые распускаются в темноте.

Волки шли теперь неторопливой вереницей, прокладывая безопасный путь, и от ехавшего впереди рыжего Мортимера, который использовал свой взрывной дар для создания красноватой сферы, позволявшей лучше видеть в сумерках, я узнала парочку жутких то ли легенд, а то ли фактов о лунных цветах, как их тут называли.

— Что, разве ты не слышала историю про красавицу Альнару-кошмару, которая погубила двести человек? — спросил он, обернувшись. — Прямо на этом самом месте, между прочим! Мы сейчас ворошим их скелеты под кочками. Если присмотришься, то увидишь, что не все ветки тут — просто ветки. А если принюхаешься, почуешь, что здешние грибы источают трупный смрад…

Он явно преувеличивал, но мне все равно стало не по себе.

— Прекрати ее пугать, — потребовал Деларион, едущий позади меня, и я назло ему сказала:

— Нет, не слышала. — И поскольку мне в последнее время очень хотелось прибить одного «женишка», попросила: — Расскажи. Только без этих твоих ужасных рифм!

Мортимер оказался большим любителем потрепать языком, и наше молчаливое общество его угнетало, так что он с радостью взялся за дело.

— Альнара была прекрасной юной девой, живущей в деревушке на опушке Лунного леса. Но слава о ее красоте ходила такая, что даже юноши из дальних городов и богатых родов приезжали через полмира просить ее руки. Альнара очень гордилась своей красотой и была переборчива. Назойливых кавалеров она всех как одного отправляла принести ей лунных цветов, только тогда она согласится пойти на свидание. Цветы эти росли на болотах и сияли в темноте при луне, источая дивный аромат…

Я так заслушалась, что мне уже начало казаться, что дар Мортимера — проявлять фантазии наяву. Потому что я будто очутилась внутри истории. То ли на роли горделивой Альнары, чей темперамент мне весьма подходил, а то ли в роли жениха, что мчался на лошади по болотам, обезумевший от любви.