Книга Разбивая уходи, страница 50 – Вера Вэй

Глава 29

Когда я вошла в уютное кафе, меня окутала тёплая атмосфера: мягкий свет ламп, аромат свежесваренного кофе и приглушённый гул голосов. Миша уже сидел за столиком у окна, погружённый в свои мысли. Его растрёпанная причёска и лихорадочный взгляд выдавали внутреннее напряжение. На мгновение я задумалась, что же с ним происходит?

Миша заметил меня и, подскочив, подошёл с лёгкой, но напряжённой улыбкой на лице. Его руки слегка дрожали, выдавая внутреннее беспокойство.

— Агаша, ты, как всегда, обворожительна. Это платье тебе невероятно идёт, — произнёс он, стараясь придать своему голосу беззаботность, но я заметила, как он едва заметно сглотнул.

— Миша, давай без этих реверансов. Что ты хотел мне рассказать? Какая опасность мне угрожает? — спросила я прямо, не давая ему уклониться от разговора.

Он замер, будто мои слова ударили его, и на мгновение в его глазах мелькнула тень боли. Затем он вздохнул и, опустив взгляд, начал говорить:

— Любимая, ты должна понять… Мне запретили с тобой видеться под страхом смерти. Они угрожали, что ты погибнешь, если я не прекращу наше общение с тобой.

— Подожди, какая опасность? Кто они?– Я нахмурилась, пытаясь понять, о чём он говорит. Миша огляделся, словно проверяя, нет ли посторонних ушей, и понизил голос, как будто боялся, что его слова кто-то услышит.

— Я не могу здесь всё рассказать, — произнёс он, нервно сжав кулаки. — Поехали ко мне. Там я всё объясню.

Я отступила на шаг, стараясь отстраниться от него. В его глазах читалась смесь решимости и тревоги, что только усилило моё беспокойство.

— Нет, Миша, я никуда с тобой не поеду, пока ты не расскажешь мне всё толком. Если честно, ты сейчас выглядишь как сумасшедший, и мне страшно за тебя, — сказала я, стараясь сохранять спокойствие.

Он замер, будто обдумывая мои слова. Затем, сделав глубокий вдох, продолжил:

— Я просто придумал план, как уберечь тебя от смерти. После этого мы сможем быть вместе, и никто, слышишь, никто не запретит нам быть вместе.

Его слова звучали как обещание, но в то же время они казались нереальными, почти сумасшедшими. Я попыталась взять его за руку, чтобы успокоить, но он отпрянул, словно испугавшись моего прикосновения.

— Миша, успокойся, пожалуйста, — мягко произнесла я, стараясь говорить как можно спокойнее. — Послушай внимательно. Кто они? Кто тебе угрожал? Я должна знать. Это важно, понимаешь?

Он посмотрел на меня, его взгляд был полон решимости и отчаяния одновременно. Я видела, что он борется с чем-то внутри себя, но понимала, что без ответов я не смогу ему помочь.

— Агаша, я же тебе объясняю, а ты не слышишь, — настойчиво сказал он, схватив меня за плечи. Его глаза горели решимостью, а голос звучал твёрдо, но с ноткой отчаяния. Он выглядел так, будто принял окончательное решение, и это решение касалось меня.– Ты сама всё портишь сейчас, но я уверен, что ты потом, когда всё поймёшь, простишь меня.

Неожиданно он резко притянул меня к себе одной рукой, словно хотел защитить от чего-то, что я не могла увидеть или почувствовать. Его сердце колотилось, и я ощущала это через ткань его рубашки. Я попыталась вырваться, но его хватка была слишком крепкой. Мы оказались у чёрного выхода, где нас окружала тишина. Люди за столиками продолжали свои разговоры и занятия, не обращая на нас внимания, происходящее не имело к ним никакого отношения.