Книга Игры шакалов, страница 51 – Сергей Иванович Зверев

— Привет, Вадик! – поздоровался Потапов, сидевший рядом с шофером. – Как дела?

— До сегодняшнего дня все шло хорошо, – угрюмо ответил Вадим. – Но потом пришел Иван и начались проблемы.

— Что случилось? – спросил Потапов у Дегтярева.

— Буквально вслед за мной, не успел я зайти в кабинет к этому фабриканту, туда явились два типа, показав удостоверения прокурорских работников и потребовав, чтобы этот парень, – Иван кивнул на Вадима, – последовал вслед за ними для беседы. Кроме документов из прокуратуры, у этих ребят еще были «стволы» под мышками – «ТТ» с глушителями. Я решил не рисковать и не отдавать им Вадика, пока сам не побеседую с ним. Неизвестно, где бы мы потом нашли… его труп…

— Разумно, – одобрил Потапов. – Ты задавал ему вопрос, который нас интересует?

— Да, – ответил Иван.

Иван толкнул локтем в бок Ганошникова и с иронией в голосе скомандовал:

— Давай, мальчик, расскажи дядям, что ты узнал от убитого.

Ганошников хмуро посмотрел на Дегтярева, потом заявил, обращаясь к Потапову:

— Я еще раз повторю, что точно не помню, поскольку не придал его словам какого-то значения. Судя по всему, он сожалел о случившемся.

Потапов тяжело вздохнул и произнес с мрачной иронией в голосе:

— Да, его можно понять, не каждый день умираешь.

— Если вы будете перебивать своими шутками, я вообще ничего говорить не буду, – обиделся Ганошников.

— Ладно, давай не тяни, – подогнал его Дегтярев.

— Еще он говорил о каком-то списке, который кто-то составил.

— Что еще? – спросил Потапов.

— Что еще?.. – переспросил, задумавшись, Ганошников. – Еще он твердил то ли о каком-то ящике, то ли о камере за номером двадцать восемь.

— Ты точно помнишь цифру?

— Да, цифру запомнил точно, двадцать восемь. Двадцать восемь – это номер квартиры моей подружки, с которой я сейчас живу.

— Ящик номер двадцать восемь, – проговорил Потапов после небольшой паузы. – Что это, черт возьми, может значить?

— Или камера, – предположил Ганошников. – Может, речь шла о камере хранения за номером двадцать восемь.

— Такое возможно, – отметил Иван. – Не исключено, что фээсбэшник нарыл какие-то важные документы, которые хранил не дома, а, допустим, в камере хранения на вокзале. Или абонентском ящике на почтамте.

— Да, точно, – вдруг разгорячился Ганошников. – Он так и сказал, ящик номер двадцать восемь. Скорее всего, это был абонентский ящик.

Потапов посмотрел на Дегтярева и спросил:

— Сколько почтамтов в городе могут быть оборудованы такими ящиками?

Иван, недолго размышляя, вынул сотовый телефон и позвонил в справочную. После нескольких звонков ему наконец-то удалось выяснить, что, кроме главпочтамта, еще два крупных отделения в центре города имеют абонентские ящики.

— Ну что ж, – подвел черту Сергей, – предлагаю не медлить. Давайте совершим рейд по этим местам. Иван, – Потапов обратился к Дегтяреву, – пригодится твое искусство взломщика. Вскроешь ящики, просмотришь содержимое. Если нет ничего интересного, оставишь это все на месте. Если обнаружится что-то связанное с Закосовым, изымешь.

— Будет сделано, – усмехнулся Иван. – Отмычки всегда со мной.

Терентьич, слушавший разговор, завел машину и тронул ее с места.