Книга Игры шакалов, страница 44 – Сергей Иванович Зверев

— Во всем этом, пожалуй, нет ничего плохого, за исключением одной существенной детали.

— Какой же именно? – также глядя в глаза Доронина, спросил Тихонов.

— Я думаю, вам известно, что есть сферы бизнеса, которые являются приоритетными с точки зрения национального интереса. Недопустимо, чтобы криминалитет, рвущийся в бизнес, проник и в эти области. И мы, офицеры безопасности, стоящие на страже государства, должны приложить все усилия, чтобы не позволить…

— Кажется, я догадываюсь, что вы хотите сказать дальше, – проговорил Тихонов. – По-вашему, нефтяной бизнес – это только для избранных, что ли? Теперь я понимаю… Подставить меня захотели, сволочи, срок за хранение оружия впаять, а сами за это время меня от бизнеса отожмете!

— Слушай ты, Тихон! – оборвал собеседника Доронин. – Ты что, думал, тебе будет позволено беспрепятственно верховодить в этой сфере? Ничего подобного, здесь работали и будут работать только люди, не запятнавшие себя связями с бандитами и уголовниками. А таким, как ты, место в зоне, и мы туда тебя отправим, намотав срок по всей строгости закона. Так что из нефтяного генерала ты быстро станешь «сундуком» на зоне. Поэтому мой тебе совет, привыкай к шконкам, тебе на них еще не один год спать.

— Вы ничего не докажете, – злобно прошипел Тихонов. – «Ствол», который вы нашли в машине, не мой. Вы мне его сами подкинули. И вообще, без адвоката я больше ни о чем говорить не буду.

— Докажем, – спокойно и уверенно проговорил Доронин. – Ты знаешь, если мы беремся за дело, то доводим до конца. Что касается адвоката, то здесь нет никаких проблем. Наша встреча без него состоялась лишь потому, что не является официальной. Это дружеская беседа.

— На хер она мне сдалась, – раздраженно проговорил Тихонов.

Доронин поморщился.

— Просто мы хотим дать тебе шанс.

Тихонов снова насторожился, пристально взглянув на фээсбэшника. Он сломал недокуренную сигарету и, бросив ее в пепельницу, молча уставился на Доронина.

— О каком шансе вы говорите? – спросил через несколько секунд молчания Тихон.

— О твоем единственном шансе остаться на свободе и сохранить свой нынешний статус, а возможно, даже улучшить его. На твоем месте я бы согласился.

— А поконкретнее?

— Ты оставляешь свои претензии на руководящую роль в «Сатойле». Взамен мы гарантируем стабильные дивиденды. Возможно, ты получишь и кое-что еще, но вмешиваться в руководство делами этой компании ты больше не будешь, – закончил Доронин.

— Вот суки, – выругался Тихон, – я так и знал. Значит, москали привлекли вас на свою сторону, и вы работаете на них.

Тихонов порывисто схватил протянутую ему Дорониным сигарету, прикурил и нервно выпустил изо рта дым:

— Падлы, я знал, что они устроят нам какую-либо пакость. Это правда, что Тенгизика завалили этим утром? – неожиданно спросил он.

— Правда, – спокойным тоном подтвердил Доронин. – Сохадзе был убит сегодня утром. Убийство очень похоже на заказное.

— Ну ничего, – глубоко затянувшись, Тихон выпустил облако дыма, – всех нас не перестреляете. Мы в этом деле все гуртом держимся. За нами тоже немалая сила стоит.

Доронин молча выслушал Тихонова, спокойно докурил сигарету и, загасив ее в пепельнице, произнес:

— Думаю, что ваше единство скорее миф, чем реальность.

— Что вы хотите этим сказать? – опешив, переспросил Тихонов.