Книга Игры шакалов, страница 123 – Сергей Иванович Зверев

Тон речи Титова и сами аргументы были скорее просительными, чем предупредительными. Ничего другого в данной ситуации Титову не оставалось. Это понимал он, это понимал и Тихон, что явно доставляло удовольствие последнему.

После получасового разговора он вальяжно махнул рукой и произнес:

— Ладно, разберемся с вашим барыгой. Если где палку перегнули, то откатим ситуацию назад.

На этом разговор был завершен. Титов с Ламбертом попрощались с хозяином кафе и отправились к поджидавшим их автомашинам.

* * *

Два черных «Мерседеса» мчались по объездной дороге вокруг города по направлению к Московскому шоссе. В первой машине ехала охрана грузинских воров. Во второй ехали они сами и вместе с ними племянник Сохадзе, Алик.

— Ну и что думаешь об этом базаре? — спросил Жорж у Креселидзе.

— Мало хорошего, — ответил тот. — Бакланы за столом собрались и языком дрищут.

— Гаврила сильно сдал, — произнес Жордания. — Пора действительно сходняк собирать и нового смотрящего в город посылать. Гаврила на наркоте спекся, говорят, одной травкой он уже не обходится — геру и кокс нюхать начал. Какой тут авторитет, если от наркоты зависишь. Кто уважать будет такого? Жаль, такой вор был знатный…

— Ну и Тихон этот не авторитет, — продолжил обсуждение Жордания.

— Кто спорит, слушай, — горячо взмахнул рукой Креселидзе. — Картонный он, дутый. Такому обещание дать — как пернуть. На бабках и власти ведется.

— Однако другого нет, — вздохнул Жорж. — Гаврила даже принять нас отказался, хотя я ему первому звонил. Сказал, что его менты пасут и обеспечить безопасность он нам не сможет… Впрочем, после этого моего звонка ему бомбу и подбросили…

— Да, — согласился Креселидзе, — пока нам можно иметь дело только с этим Тихоном.

— Однако словам Гаврилова верить можно, — задумчиво произнес Жордания, — а он нам намекал, что лучше иметь дело с этим Крестным. Во всяком случае, в споре за нефтянку он более надежный партнер.

— Не верю я, — запротестовал Креселидзе, — не наши все эти люди, не блатняки. На зоне ни разу не были, хорошо, если в следственном изоляторе пару месяцев на шконках повалялись.

— Э, зря ты так, — в свою очередь возразил Жорж, — Крестный зону топтал и в воры коронован авторитетными людьми. Да и Гаврила его рекомендовал для ведения дел.

— Гаврила его и короновал со своими корешами, — парировал Бивень. — Не верю я этому молодняку. И Крестный этот не по нашим понятиям живет, в политику лезет, под делового косит. Людишки его сегодня сидели молча, лишь наблюдали за всем этим, ничего конкретного сказать не могли. Такое впечатление, что у них что-то свое на уме. О чем нам лучше и не знать.

— Не спеши с выводами, — сказал Жордания. — Их молчание может быть просто хорошей выучкой. Все у них решает хозяин, а он в отъезде, значит, пока решения у них быть не может. По-моему, все же Гаврила прав. Он брехать нам не будет. С Крестным нам обязательно свидеться надо.

— Ладно, поживем — увидим, — махнул рукой Креселидзе. — В одном Гаврилов прав: город этот сучий стал. И нам, ворам, жить и дела делать здесь будет непросто.

«Мерседесы» въехали в полосу придорожных посадок. Дорога в этом месте пересекала лесной массив, прилегающий к городу. Трасса не была освещена придорожными фонарями. И через окна автомобилей по обеим сторонам можно было разглядеть лишь контуры деревьев, выхваченных светом автомобильных фар.