Книга Воплощение, страница 42 – Дмитрий Билик

Оттого все, от плохенького меча с зазубринами до черствого хлеба в Вальтаге приходилось покупать втридорога. Учитывая, что земли сиел достались скудные и каменистые, с чахлой порослью дикой травы и редкими ласками солнца, лучи которого лишь ненадолго заглядывали за высокие скалы, удар был серьезный.

Дома и быт Вальтага предстали Юти скромными и аскетичными. Именно таким, каким и должно являться место уединения для воина. С единственным отличием, что воином здесь был лишь каждый третий, а то и четвертый. Старики, женщины, дети сновали по перевалу, занятые своими нехитрыми делами. Кто-то полоскал одежду в горном ручье, другие пасли коз с кривыми и крепкими ногами, третьи собирали в широкие плетеные корзины высушенный навоз, четвертые чинили потрепанные ветром крыши домов.

— Я думала, что сюда пускают только Одаренных, — заметила Юти Сигуру.

— А кто будет убирать дома, готовить еду, заниматься животными? По нашим правилам, сиел может привести с собой трех человек В редких случаях и четырех, если дело касается семей. Мы считали, что Одаренные придут с родными. И надо сказать, что так и случилось. Только многие сиел погибли в войне с северянами, а их семьи остались. Дети выросли, обрели уже свои семьи и не знают другой жизни за пределами Вальтага.

— Сколько у вас деревень? — спросила Одаренная.

— Три. Есть еще одно поселение охотников, оно стоит ниже, за рекой, и деревенька перевальной стражи с их семьями.

— Не самое богатое место, которое я видела за все время путешествий, — честно призналась Юти. Она до сих пор не понимала, как в таких суровых условиях родился гений сиел, мастерство которого изумило даже Ерикана.

— Мы живем скромно, но все необходимое у нас есть, — набежала тень на лицо Горбоносого, а его голос посуровел и потерял привычную учтивость. — Такова наша плата за свободу.

Юти не стала развивать тему, хотя не задала самый важный вопрос — за счет чего сиел покупают дорогие и многочисленные товары? Северная дева, как нарочито называл ее Горбоносый под ревнивым и неодобрительным взглядом Фромвика, размышляла.

Что бы сделал ее отец, поселись в его землях столь опасные и сильные от своей безысходности люди? Ведь чем вальтагцы отличались от тех же работорговцев, устроившихся в Поющих Скалах? Только одним — они смогли отвоевать свое право на существование, а разбойники нет.

Север принял Вальтаг по праву сильного. Как происходило везде и во всем мире. Разве что только в Землях подобное проявлялось явно, без многочисленных подковерных интриг. Здесь сказанное слово означало ровно то, чем и было. И именно этим Земли нравились Юти больше всех остальных мест, включая ее родные края.

Жители встречали защитников со скрытой радостью, а незнакомцев с настороженностью. Ни для кого не являлось секретом, куда отправились сиел. И их возвращение означало, что защитники перевала справились, совладали с грозным драконом. Разве что одна из невысоких и крепких, как толстый бочонок для эля, женщин с густой проседью седых собранных волос кинулась к Сигуру. Она не успела произнести ни слова, но ее пальцы, вцепившиеся в стремя Горбоносого, сказали все за нее.

— Все хорошо, Ригги жив и здоров, — заговорил Сигур. — Мы потеряли одну лошадь, а другая охромела. Все они вернутся чуть позже, не волнуйся.