Книга Я ухожу, страница 113 – Дмитрий Билик

Мимо меня проносились все новые и новые сыновья Несущего Свет, желая поскорее оказаться на передовой. Они толкались, рычали, ругались, насылали проклятия на врага и нерасторопных соседей, а потом большая часть из них умирала.

После смерти обращенные не исчезали. Видимо, Несущий Свет внес определенные коррективы, что справедливо. Раз уж они люди, пусть и умирают соответствующе.

Вскоре из тел, примерно на середине площади, начало образовываться сначала нечто вроде возвышения, которое превратилось в холм. Курган из убитых союзников и врагов. Под крепкими лапами и широкими копытами никто не будет разбирать – на чьей стороне ты воевал. Теперь ты лишь булыжник, на который ступит нога солдата. Повезет – своего, если нет – чужого.

Воины подскальзывались на огромных тушах поверженных врагов. Порой падали по пояс в щели между телами и без возможности выбраться, пытались отбиваться прямо так, стоя среди мертвецов и понимая, что здесь они и остануться. А на них уже взбирались следующие бойцы, не обращая внимания на крики боли.

Огромной осадной башней рухнул первый из Герцогов, придавив собой немало врагов. Но тут же его спина окрасилась в черный цвет, став очередным плацдармом для обороняющихся. Я ожидал, что поданные гиганта обратятся в бегство, однако смерть господина еще больше раззадорила их. На мгновение они даже отвоевали половину тела хозяина, после чего черная бездна поглотила их.

Отвага и безрассудство демонов поражали. Я вдруг понял, что очень бы не хотел сражаться против них. Они бросались вперед, невзирая на численное превосходство врага. Кидались на ближайшего врага, пытаясь в буквально смысле порвать его в клочья. Ярость сынов Несущего Свет поражала и пугала. Но только не обращенных.

А я по-прежнему стоял и ждал. Лишь одного. Вмешательства самого главного существа, которое как и я прежде оставалось в стороне.

Появление Берита стало переломной точкой сражения. Сказать откровенно, нам, несмотря на храбрость моих подопечных, и так вряд ли что светило. Голос хорошо подготовился, обратив значительную часть Города. Но с его появлением улетучились и иллюзорные шансы на победу.

Я так и не понял, что именно держал в руке Голос – какое-то оружие или просто его конечность каким-то образом удлинилась? Все может быть. Двигался Берит чересчур стремительно, сияющий адской белизной посреди своих черных подопечных. И разил, разил, разил.

Демоны, столкнувшиеся с ним, бездыханные падали ниц, отправляясь обратно домой, на нижний порядок. А Голос продолжал наступать. Когти скользили по его могучему телу, не в силах нанести раны. Кинжальной остроты зубы срывались со светящейся плоти. Здесь он был царь и бог. В своем Городе наместник был неуязвим.

И только тогда я подал едва заметный сигнал, предназначавшийся единственному существу. А сам продолжил наблюдать, как Берит разрезает собой наши ряды.

Собственно, никаких рядов уже и не было. Тонкая полоска демонов, которые, казалось, просто не умели отступать. Они бились с таким ожесточением, словно позади распростерся высокий обрыв. И теперь сыновьям Несущего Свет было решительно все равно как умереть.

Один за другим, облепленные обращенными, подобно больным черными бубонами, погибали Герцоги. Их тела утопали в надвигающейся темной бездне. Так похожей на то настоящее небо, которое я видел за серой пеленой туч. Пустое и безжизненное.