Книга Имперский сыщик. Дело о тайном культе, страница 127 – Дмитрий Билик

— Ты хоть знаешь, кто я? Хоть знаешь?

Взял двумя пальцами маску и отнял от лица. Раз — ударило орчука так, что посыпались искры из глаз, два — застучало в висках, три — завертело его. И снова: раз-два-три. Раз-два-три.

— Не вставай, Мих, я открою, — сказал Витольд Львович.

Разлепил глаза орчук. Насилу понял, что все это — лишь сон, мираж, кривда. Задышал часто, утер лоб, а у самого перед очами маска Черного, и смех, смех…

— Ну что, господа, — на пороге показался Аристов, — пора начинать наше представление.

Чтобы нанять экипаж, Миху пришлось бежать аж квартал — к стоянке извозчиков: шального ваньку поймать в их районе, да еще ночью, — большая удача. После дождя стало зябко. Хорошо, что Павел Мстиславович захватил плащи. Такие, конечно, скорее предназначены защитить от воды, потому что сами по себе тоненькие, но все же лучше, чем ничего. К тому же смотрелся орчук в плаще грозно, устрашающе.

Мундира теперь было не видно. Лишь здоровенная фигура, укутанная в черную материю. Ванька даже испугался сначала, но увидел деньги и понял, что Мих не желает ему зла. Подвез к самому дому, а там уже ждали господа с мальчишкой.

Аристов ни слова не сказал про Сеньку. Разве что бровь у него изогнулась да появилась на лице нехорошая улыбка. Но стоило Витольду Львовичу растолкать воришку да заставить повторить все заново, с Аристова слетела всякая насмешливость. Он понял, что Сенька тут по делу не менее важному, чем сам дворянин.

Усадили «гонца» внутрь, тоже обрядили в плащ — все теплее ехать. Меркулов сам назвал извозчику адрес и даже выплатил деньги вперед. Аванс Витольд Львович выдал неслучайно: опасался, как бы Сенька опять не занялся экономией. А чтобы ванька не баловал, Аристов проявил лишнее убеждение. Подошел и сказал ему тихо, но Мих все же услышал:

— Случится что с мальчишкой или вдруг не довезешь — найду… — Павел Мстиславович протянул руку, и на пальцах заплясали уже знакомые Миху лепестки пламени, — и накажу. Ясно?

— Ну что вы, милостивый государь, и в мыслях не было обижать юнца. Нечто мы не православные? — выпалил возница, точно выпустил разом все пули из пятизарядного револьвера. Правда, с ладони Аристова не сводил взгляда.

Мих кивнул более чем удовлетворенно. Теперь точно довезет. А если Сеньке будет угрожать какая опасность, собственной шкурой пожертвует.

— Какое выбрали место для засады? — спросил Павел Мстиславович, как только экипаж скрылся за поворотом.

— Туда, — указал Витольд Львович. Он, как и Аристов, был одет буднично, один орчук все еще оставался в плаще. — Я предполагаю, Черный пойдет из центра города. Перехватить его без лишнего шума можно лишь в одном месте. Пожалуйте, Павел Мстиславович.

Они уже перешли на другую улицу и свернули в темный проулок меж домами, достаточно длинный, чтобы случайного прохожего тут ограбили, и недостаточно широкий, чтобы проход можно было хоть как-то осветить. Вместе с тем проулок выполнял весьма важное предназначение — соединял две большие улицы. Для конных экипажей, конечно, значимость невеликая, а вот пешему люду удобно. Но это днем, а ночью, само собой, дело другое: лучше обойти стороной, дать крюк, но остаться целым и невредимым.

Будто в подтверждение размышлений Миха впереди нарисовались две фигуры. Вот ведь отчаянные! Дело даже не в численном преимуществе — видно, какая с господами идет громадина. То ли безрассудство двигало татями, то ли иная сила, однако один из них полез за пазуху. Явно за ножом или за каким-то другим оружием.