Книга Оловянная корона, страница 98 – Дмитрий Билик

Мертвец лежал, широко раскинув ноги в дорогих наголенниках и набедренниках. Он и при жизни не отличался особой худобой, а на жаре и вовсе вздулся, пальцы превратились в вареные колбаски, лицо потеряло бывшую ранее форму, на шее зияла широкая, запекшаяся темная рана. Кристиана затошнило, но подоспевший сзади учитель развернул его к себе и прижал к плечу.

— Не смотри, не смотри. Незачем тебе. Незачем.

Кейн Нотаниэль по-хозяйски окинул взглядом умершего.

— Ну это, Роман Валерьевич, пойдем отсюда от греха. Плохой мертвец.

— Разве мертвецы бывают хорошими? — спросил учитель.

— Которые своей смертью умерли, почему ж нет. Или нищие, за них не вступится никто. Чего ж в них плохого?

— Ну тогда пойдем, пойдем.

Кейн наклонился и принялся снимать с мертвеца дорогие кольца. Долгое время ему это не удавалось, пальцы вспухли, и тогда Нотаниэль достал небольшой нож, используемый им для еды.

— Даже не смей, — негромко, но твердо сказал учитель.

— Ну это, Роман Валерьевич, — умоляюще протянул Кейн.

— Нет, я сказал.

— Меч хоть можно взять? Пропадет же.

— Меч возьми и пойдем.

Кейн Нотаниэль вытащил из ножен меч, погрыз зачем-то рукоять, потом поплевал на нее, протер и довольно улыбнулся.

— Пойдем, пойдем, сам же говоришь, что мертвец плохой, — потянул его за рукав Веглас.

— И то верно, Роман Валерьевич, — сказал Кейн. В глазах его мелькало желание стянуть что-нибудь еще, но учитель был настойчив.

Проехали молча они до самого проселка, и лишь свернув к еле заметной на сухой земле колее, слова, будто растрясшиеся на кочках, сами посыпались из путников.

— Что за душегубы такие, которые драгоценности не забрали? — удивлялся Кейн Нотаниэль. — Один меч чего стоит, — он с любовью посмотрел на клинок. — Золотых десять, если не больше.

— Да, странно, — согласился учитель.

— Ну это, тут все понятно. Дорогу кому-то перешел. Кому-то очень серьезному. У мертвеца на нагруднике герб знакомый — два медных ключа вместе. Не помню, что за фамилия.

— Ферблуны, — негромко подсказал Кристиан. — Это семья Ферблунов.

— Точно, — хлопнул себя по лбу Кейн. — Не самые последние люди в королевстве. Далеко не самые последние.

— Судя по драгоценностям, обмундированию и мечу, скорее всего, Отец семьи.

— Отца семьи Ферблунов зовут Валлиган, — заметил Кристиан.

— Неужто Валлиган? Слыхал я о нем, слыхал, — все не сводил глаз с меча Кейн. — Кто ж, додумается его убить? На это не храбрость нужна, а сумасбродство. Роман Валерьевич, вы там это, ну сами понимаете, посмотрели бы… куда надо, узнали, а?

— Смотреть нечего, — отрезал Веглас. — В прошлое смотреть не умею, а будущего у Валлигана Ферблуна нет. Можно, конечно, представить, что Кристиан не случайно увидел то, что привело его к Ферблуну. Если так, то в этом замешан кто-то из моих знакомых.

Учитель замолчал, то ли грядущее наблюдал, то ли размышлял, разве по нему поймешь. Это Кристиан, далеко заглядывая, трясется и пеной исходит, а по Роману Валерьевичу и не поймешь ничего. Веглас он и есть Веглас.

— Ты не переживай, — легонько толкнул Дамна Кейн. — Я не паскудник, меня даже друзья-разбойники за совесть почитали. Как только меч толкнем, я с него тебе один золотой выложу. А? Поди и денег таких никогда в руках не держал? Ну это, первым богачом в этих краях будешь.